целующиеся в мешке
самое время повесить в спальне картину Магритт.
холодно, за окном -25, на тебе куртка и пуховик, на мне
теплая жилетка и пуховик.
вспомнила фильмы, где на земле
начинается ледниковый период.
кремлевский маньяк от него отрезал, как от ледяного торта,
клубничный айсберг. слышишь шахеды?
это горячие зубцы ножей врезаются в лед.
розовый от крови детей,
огненно-оливковый от пожаров, где люди горят.
дай Бог, взрывливая стружка на нас не упадет.
без электричества мир заиграл злыми бодрыми красками.
как прекрасен день, дневной свет,
когда можешь раскладывать на мешковине
инструменты для выживания: павербанк,
спички для камина, газовый баллон, смартфон, турникет.
зачем ты его носишь? затем, что ружье в нашей стене
или выстрелит, или нет. я не хочу рисковать,
*** убивают без всяких примет.
интересно, дьявол подсчитал всех людей и детей,
которые молились за секунды до того,
как их разорвет r*** ракета или дрон?
пусть напишет писюльку для мудаков в оон.
нет, Бог не виноват. ты всегда защищаешь сильных.
мне нечего возразить, ты права. лучше пойдем гулять,
пока дневной свет - медузы, жемчужины, лед -
процеженный сквозь кевларовое сито. этот свет —
я могу его хватать, как марлю или паутину холодную
губами, зрачками, щетиной.
наступает ночь. волки сыты, овцы начесаны.
мы занимаем места в поезде выживания
согласно нагретым местам. ты засыпаешь там, где выжил,
где проснулся и собираешься это повторить.
но волшебство тьмы: я приняла душ, а ты? а я
снова упустил этот момент.
ничего, мой мужик, его запах. ты начинаешь меня
исследовать ноздрями, как сдвоенными дирижерскими палочками,
ружье для ловли привидений запахов.
Гауди, амфора, черешни. так,
встаешь, колосс харьковский с занемевшими ногами
объявление всем в доме: я включаю генератор на полчаса,
соседи приходят на гул со смартфонами и павербанками,
как сонные пчелы,
опыляют снежинки, в дом занесли.
в бойлере, слава Богу, осталась теплая вода.
целующиеся в мешке,
форева!
кохающиеся в мешке,
не чтобы согреться, а просто так.
зимняя украинская ночь — мешок с котятами
опущена в ведро с ледяной водой,
но мы научились дышать под смертью.
не зря Харьков, Киев, Одесса тощо — город-Герой.
2026
Свидетельство о публикации №126042906353