Короткометражка 49

Нет дочери, а уж двенадцать ночи,
Отец во двор бежит, схватив стамеску,
Но тут в кармане тренькает звоночек,
Достал, открыл, читает «эсэмэску».
В груди кольнуло – номер не знакомый,
Нигде, по крайней мере не записан:
«Бухаю водку. Утром буду дома.
Застряла в тыкве. Золушка и крысы».

            *  *  *
Я избегаю встреч, я берегу людей,
Пореже выхожу за огражденья дома,
Ввергаю в ступор я наружностью своей
Особенно персон, со мною незнакомых.
Не говори со мной и даже не смотри,
Нет, я не прокляну, не затаю обиды,
Но если б вы меня познали изнутри,
То жить бы не смогли без тяги к суициду.

             *  *  *
Катался колобок в лесу,
Пока наткнулся на лису,
Он к ней на ужин подкатил
Комком заразы и бацилл.
Короче, сказка «Колобок»
Не так уж и печальна –
Лису ждал заворот кишок,
И ужин был летальным.

             *  *  *
Какая в мысли лезет дребедень,
Что жизнь моя – один лишь Божий день,
Что утром я смываю сон с лица,
А сон – один лишь взмах ресниц Творца.

             *  *  *
Стоит жена в дверях и требует упрямо:
«Забыла! Принеси…», и следует поток
Из незнакомых слов и цветовая гамма,
Которой места нет в палитре мужиков.
«Сиреневый желток с оттенком хризолита,
Бордовый перламутр в шкафу, где сапоги».
Ну нет, ищи сама хрен знает, что пошито,
Не знамо, где лежит, и цвет – сверни мозги!

            *  *  *
Не возмущайтесь снова, что я ещё на воле,
Я не совсем здоровый, но и не так, чтоб болен.
Конечно, «бормотуха» даёт эффект ужасный,
Но если не «под мухой», почти что не опасный.
Была эксцессов пара, когда меня гоняли
По полю санитары, но, к счастью, не поймали.