Я сказала всё

Я сказала ровно всё, что было на уме.
Слёзы разделили поровну: тебе и мне,
Жгут стянули на запястьях, и я снова в сон
Провалилась в огроменный, точно серый слон.

Весь наш белый свет ужали в улицу одну:
Запретили горизонты, небо и звезду,
Перекрыли аппараты тяжело больным…
Из обычного, простого, сделали немым.

Чёрной лентой повязали тех, кто пел о мире,
В «Мону Лизу» из ружья стреляем в нашем тире,
На уроках дети собирают автомат –
Нет теперь их больше, их - веселеньких ребят.

Я во взгляде прочитала то, что ты со мной,
Что ты тоже жив и что ты - вовсе не немой,
И, хоть солнце завернули в матовый пакет,
Я осмелилась настукать пальцами «Привет!».

Ты ответил. Улыбнулось счастье: мы вдвоем!
Сквозь туман и ленты это было сладким сном.
Как забвенье, когда все одни, а вы - другие,
Несмотря на слабый вид, совсем-совсем большие.

Но не долго длилось это. Запретили всё.
Мысли, запахи и шутки, слово то - «моё»…
Ты смотрел стеклянно на меня в последний час.
«Руки за спину. Сдавайтесь.» – Вот обрывки фраз.

Я сказала тот-час всё, что было на уме.
И ушла, подбитая, в серой бахроме…
Дома жгут стянула крепче, провалилась в сон…
Самый сладкий, самый громкий: «Там ведь будет он!»