Сергей

Есть многое на свете, друг Сергей,
что и не снилось всем святым отцам,
нас учат: страсти, грех преодолей...
Есть переход от святости к творцам:
будь человеком в духе, будь мудрей!
Есть многое на свете, друг Серега,
что и не снилось всем святым отцам:
есть коммунизм без Бога и от Бога,
есть переход от святости к творцам,
и тут без Бога нам не до порога,
и без эсхатологии конца.

Мудрец отличен от глупца
Тем, что мыслит до конца.

(Комментарии: Цитата из стихотворения А.Майкова "Три смерти". Одно из любимейших изречений Вышеславцева, которое он цитирует во многих своих произведениях).

Но чем более я думаю о том, как сойти христианству с мертвой точки и вступить на новый творческий путь, тем более прихожу к тому, что это есть путь эсхатологического христианства, верного мессианской идее. Это есть путь человека, человек должен пройти через творчество культуры и цивилизации.
(Бердяев Н.А.).

Советской философии не хватает диалектики, не хватает смелости договорить и домыслить до конца. Ибо диалектика и есть искусство мыслить до конца...
(Вышеславцев Б.П.).

В коммунизме есть здоровое, верное и вполне согласное с христианством понимание жизни каждого человека, как служения сверхличной идее, как служения не себе, а великому целому. Но эта верная идея искажается отрицанием самостоятельной ценности и достоинства каждой человеческой личности, ее духовной свободы.

В коммунизме есть также верная идея, что человек призван в соединении с другими людьми регулировать и организовывать социальную и космическую жизнь. Но в русском коммунизме эта идея, нашедшая себе самое радикальное выражение у христианского мыслителя Н.Федорова, приняла почти маниакальные формы и превращает человека в орудие и средство революции.

Правда и ложь так перемешены в коммунизме именно потому, что коммунизм есть не только социальный феномен, но и феномен духовный.
Воинствующий духоборческий материализм коммунизма есть явление духа, а не материи, есть ложная направленность духа. Все эти извращения определяются не столько социально - экономической системой коммунизма, сколько его ложным духом...

Русский коммунизм, если взглянуть на него глубже, в свете русской исторической судьбы, есть деформация русской идеи, русского мессианизма и универсализма, русского искания царства правды, русской идеи, принявшей в атмосфере войны и разложения уродливые формы. Но русский коммунизм более связан с русскими традициями, чем это обычно о нем думают, традициями не только хорошими, но и очень плохими.
(Бердяев Н.А.).