человейники

Тот повыше, тот пониже.
Человейники стоят.
Тусклый свет, прямые крыши,
неприметливый наряд.
Я тащу в свою квартиру
хлеба кус, салата лист,
отрезной кусочек сыра,
что дырявлив и душист.
Вдоль дороги узкой, гибкой
человейников глаза.
В этой клеточке улыбка,
в этой клеточке слеза.
Будто кто-то очень милый
взял букет карандашей
разных тысячи фамилий,
стариков и малышей,
длинных юношей и тонких,
гуттаперчевых девиц,
мам доверчивых и звонких,
пап влюбленных без границ
рисовал чуть-чуть коряво.
Оттого-то мы теперь
всё хотим в себе исправить
от привычек до манер.
Человек — такая штука,
странный, как ни посмотри.
Нос, два глаза, ноги, руки,
сердце быстрое внутри.
Бьёт, колотится, стучится,
ищет мысли и слова.
То поёт, то веселится,
то шевелится едва.
Утром светит солнце блюдце,
ночью пялится луна.
В этой клеточке смеются,
в этой плачет тишина.
Ветер льнёт и обнимает
тёплым, бархатным крылом.
Я иду навстречу маю.
Рядом, рядом, рядом дом.