Абрек единственной ночи

Где—то в районе пятнадцати лет
Работаю с литературой...
Такая профессия ладит вполне,
С моей графоманской натурой.

Учебники школьные—это—на жизнь
Мне средства, читатель, приносит.
Художку, однако, держу для души,
Не с целью финансовой... вовсе...

Бумажная книга,  отнюдь не одно,
Содержит громадное благо,
Она — словно в прошлое время окно,
Да в дальние страны — корабль.

Невольно от мыслей своих отхожу,
Как пьяный пастух от отары...
И, всё же, ещё, напоследок скажу,
Она — наилучший подарок.

О добрых деяньях своих говорить,
Поступок разящий пороком,
Но мне  импонирует книги дарить,
Свидетелей этому — много...

И разным рассказам, эссе и стихам,
Каких миллионы бывают,
Я предпочитаю роман "Зелимхан",
Бесценная книга — считаю.

Соседу недавно такую же дал,
Живущему в считанных метрах...
Подкрался моей увертюры финал,
Кошачьим сродни — незаметно...

Намедни, поэт, во мгновение стал
Абреком единственной ночи,
До нитки промок и смертельно устал,
И жаждал  пристанища... очень...

Как-будто собаками загнанный зверь,
В рассвет, под покровом тумана,
Он тихо стучался в ту самую дверь,
Где жил обладатель романа...

Нежданно увидев в соседских глазах:
"Впускать тебя — не собираюсь!" ...
—До трассы меня не подкинешь?—сказал
—А дальше я как-нибудь справлюсь—

Незримой преградой предстала и тут
Сурово—печальная  правда
—Они тебя ищут... Они нас найдут...
Кому это,  думаешь, надо?..

Проблем предостаточно людям — своих,
Зачем им, вдобавок — и наши?.. —
Посыпались реплики следом, но их
Не слушал в туман уходящий...

Ни в чём обвинить не хочу никого
Посредством такого примера,
Но книга, помимо иного всего,
—Прекрасный предмет интерьера...