Тихой грустью зачарован,
Пусть обманчивая и холодная,
У неё двойное дно…,
Человек материал расходный,
А сарказм к спасению окно.
За стеклом французские духи
и щупальца в перчатках,
Иногда берёзки в серебре
И судьбы стальная хватка,
Чтоб от счастья не пестрел,
И последний день в календаре…
Единица груза
– Ограниченный срок годности,
Щель вагона-люкса давит
До кашеобразной однородности…,
Повар кашу маслом не заправит.
Пролетарское «духовное» богатство
Выгорело в топке бронепоезда.
Золотой запас, на деле,
Оказался липкой кашей
Из неё историей кровавой скроены
И на будущее претендуют дни вчерашние.
Пролетарское духовное богатство
© Copyright: Владимир Бетан -Дыхание Прошлого, 2026
Свидетельство о публикации №126042806842
Свидетельство о публикации №126042806842
Рецензии
Анекдот «В приёмной Бетана»
Стоит Поэт у ворот Небесной Канцелярии, в руках — обрывки «простых строк», рожа — в дегте, в глазах — «икота от неба». Стучит ломом в дамбу.
Открывается окошко, оттуда высовывается В. Бетан — в кожаных нарукавниках, за ухом — перо, смоченное в «человеческой копоти».
— Так, — цедит Бетан. — Опять «лирический берег»? Опять жалобы на «червей в умах»? Докладываю: приём окончен, задолженность по мечтам — многократная.
Поэт (всхлипывает):
— Помогите! Спасенья хочу! Сарказм больше не окно, а амбразура!
Бетан (листая Книгу Грузов):
— Помочь-то можно. Но уплата — поштучно. Сердце — в топку бронепоезда, душу — в «сосуд вечности» на хранение нечисти. Хошь того или не хошь — а по ведомости ты у нас «рожа №101».
Тут из-за спины Бетана выглядывает Комиссаров Мудактор Мудакторович:
— Слышь, «секретарь», ты ему про ворон кверху брюхом расскажи! А то он всё на зорьку надеется.
Мудактор подмигивает Поэту:
— Видишь стаю? Это наши «бывшие герои» летят, которые «впятером объединились». Мест нет! Галдёж — по расписанию!
Следователь из-за дамбы:
— Мудактор Мудакторович! Тут Машинист требует «метрами кубическими» слова извергнуть, чтоб берег окончательно перекрыть!
Мудактор (взводя маузер):
— Извергай! Пиши, милочка: «Небесная канцелярия претензии не принимает. Лирический берег признан неродным. Считать воронье брюхо эталоном свободного полета. Поэту — расплатиться душой и не дрыгаться!»
Мудактор ухмыляется:
— Ну что, сокол? Достучался? Теперь ты — официальный экспонат в нашей «резервации». Учись, пока вороны не приземлились!
Владимир Бетан -Истоки 28.04.2026 20:15 • Заявить о нарушении
Стоит Поэт у ворот Небесной Канцелярии, в руках — обрывки «простых строк», рожа — в дегте, в глазах — «икота от неба». Стучит ломом в дамбу.
Открывается окошко, оттуда высовывается В. Бетан — в кожаных нарукавниках, за ухом — перо, смоченное в «человеческой копоти».
— Так, — цедит Бетан. — Опять «лирический берег»? Опять жалобы на «червей в умах»? Докладываю: приём окончен, задолженность по мечтам — многократная.
Поэт (всхлипывает):
— Помогите! Спасенья хочу! Сарказм больше не окно, а амбразура!
Бетан (листая Книгу Грузов):
— Помочь-то можно. Но уплата — поштучно. Сердце — в топку бронепоезда, душу — в «сосуд вечности» на хранение нечисти. Хошь того или не хошь — а по ведомости ты у нас «рожа №101».
Тут из-за спины Бетана выглядывает Комиссаров Мудактор Мудакторович:
— Слышь, «секретарь», ты ему про ворон кверху брюхом расскажи! А то он всё на зорьку надеется.
Мудактор подмигивает Поэту:
— Видишь стаю? Это наши «бывшие герои» летят, которые «впятером объединились». Мест нет! Галдёж — по расписанию!
Следователь из-за дамбы:
— Мудактор Мудакторович! Тут Машинист требует «метрами кубическими» слова извергнуть, чтоб берег окончательно перекрыть!
Мудактор (взводя маузер):
— Извергай! Пиши, милочка: «Небесная канцелярия претензии не принимает. Лирический берег признан неродным. Считать воронье брюхо эталоном свободного полета. Поэту — расплатиться душой и не дрыгаться!»
Мудактор ухмыляется:
— Ну что, сокол? Достучался? Теперь ты — официальный экспонат в нашей «резервации». Учись, пока вороны не приземлились!
Владимир Бетан -Истоки 28.04.2026 20:15 • Заявить о нарушении