Мама 1979

МАМА 1979

Мама – ты самое первое слово.
Славна защита от страшного, злого.

Гирей усталость за дни и за ночи.
Голос певучий: «Я рядом, сыночек!»

За руку взявшись, за юбку, за платье
мамы, которой лишь сердце заплатит,

мы совершаем, изрядно пугаясь,
первый шажок – очень робкий покамест.

Первая шишка, пятно синевато,
сбиты ботинки, – стоим виновато.

Тут же штанишки, пальто доконаем.
Но подрастаем и мам догоняем.

Радует маму устойчивость роста.
Мам понимаем не сразу, не просто

или совсем не хотим, не умеем.
Мамы поймут нас, – они ведь умнее.

Сцена голов предстоит нам немая:
мы – опуская, они – поднимая.

Сын коль на целую голову выше,
если умом, как и ростом, он вышел,

маму уважит, послушает, спросит.
Мама тогда недоверчивость сбросит,

будто забытый былой ползуночек,
скажет, как прежде: «Я рядом, сыночек!»

Мама – судья, прокурор, адвокат, и
брови готовы порой надвигаться,

если заметна туманность неправды.
Мама вернёт даже в детство обратно!

Мама поддержит духовною силой,
где бы судьбою тебя ни носило.

Много дорог неизбежных и нервных.
«Как там живётся, единственный, первый?»

Тихо рубашку для стирки замочит,
молча подумав: «Я рядом, сыночек!»

Маме порой недостаточно рады:
дескать, её неказисты наряды,

давят её интересы тарелок
и постарела она, устарела.

Даже когда нас под стол помещали,
мамы – послушать нас – тоже мешали,

были привычными, как принадлежность.
Лишней казалась забота и нежность.

Позы исполнена поза немая:
«Стала тут, мелочностью занимая.»

Выросли дети и взрослыми стали,
даже десятки экзаменов сдали.

Поздние слёзы владеют глазами:
некому сдать нашей жизни экзамен.

В муках и схватках нас мамы рожали
и поднимали совсем не дрожжами.

Жизненно необходимую силу
выдали нам, а самих подкосило.

Нет на планете бессмертных идиллий.
Позже поймём. Милых мам проводили...