Дыхание тишины

Пронзает небо тонкий, мерзкий звук —
Не гром, не птица, а дыханье смерти.
И замирает сердца быстрый стук,
Мы в этой злой и страшной круговерти.
Прижать детей, дыханье затаить,
В груди пожар, а лица жаром пышут...
 Как тонко вьётся этой жизни нить,
Когда над крышей дроны смертью дышат.
Удар! Трясутся стены, сыплется песок,
 И штукатурка белым пеплом — под ноги.
Всего лишь шаг, короткий волосок —
И мы б лежали у порога мертвыми
Две пары глаз... Две дочки, два крыла,
Гляжу с мольбой, съёжившись в комочек.
О, сколько матерей война сожгла,
Теряя маленьких сынов и дочек?
В Донецке было страшно, но сейчас..
Безысходность давит горло ледяною хваткой.
За каждый вздох, за каждый мирный час
Мы платим жизнью — горько и несладко.
Разрушен дом, обугленный причал,
И чья-то жизнь оборвана в мгновенье...
 Кто этот ужас в мире повенчал
С людской судьбой и вечным страхом?
А там, в полях, где дым и чёрный снег,
Идут вперёд отцы, мужья и братья.
Там каждый — воин, прежде —человек,
Чьё сердце греют старые объятья.
Они идут сквозь пламя, через ад,
Глотая слёзы от потерь и боли,
Чтоб их детей не ждал снарядов град,
 Чтоб вырвать мир из этой вражьей доли.
Они идут, ведь дома ждут и верят,
Сквозь рокот дронов, через дикий страх.
Пока мы горе тишиною мерим,
Весь этот мир дрожит на их плечах.
Забыть про страх, про мерзкое жужжанье,
Забыть испуг на лицах в новостях...
Как хочется прервать это дыханье
Войны, что затаилась в небесах.
А как же хочется уже очнуться,
Стряхнуть сей сон и наконец понять:
Что можно к тишине душой коснуться,
Что в мире снова — мир и благодать.
Молитва к небу — только бы спасти,
 Закрыть детей, обнять родные души...
 Дай, Боже, силы этот крест нести
И дай нам завтра тишину послушать.