Поэма - великое обнуление

Часть 1. Программа «Маховик»

Вселенная готовит путь добра,
Поскольку снята третья в ночь печать.
А через пять годков — четвёртая,
Но не даёт Вселенная, Всевышний нам скучать.

Запущена программа «Маховик»,
А с ней запущена программа «Метроном».
У тех, кто раньше крал безмерно, непомерно,
В коттеджах запустился стон.

С повинною стоят очередя:
«Кто тут последний? Я принёс в бюджет!»
Квартиры, яхты, золотые купола...
«Ой, подождите, здесь написано: ОБЕД».

Там денег пруд-пруди, идёт их пересчёт,
Считает всё программа «Маховик».
Не скроет личность ничего,
Не спишет всё программа «Чистый лист».

Программа «Чистый лист» — для тех,
Кто вмиг раскаялся, принёс всё «из себя»,
И положил на плаху всё смирение.
И это происходит сквозь меня.

Я вижу преступления сейчас,
Я вижу, но к Нему же не идут.
В раю же яблочки висят смиренно —
Воры те яблоки не трогают, их ждут.

Их ждёт программа «Маховик»,
Их ждёт программа «Метроном».
Физически уже на плахе создаётся
Любви-потехи нежный перезвон.

Такая чудная, казалось бы, весна,
Такое изумление миров!
А Пасха? Что готовит Пасха нам?
Она готовит повсеместный сброс оков.

Спустил Всевышний пару нам программ,
А я же просто скрипт им прописал.
Я просто в услужении миров —
Нет, я не тот, не этот, я не Хам.

 Часть 2. Манускрипт Еноха

Мне Енох отдал свежайший манускрипт,
Его беру и открываю лист.
Смотрю — а там же пусто, пусто там...
Наверное, Вселенной Коля — трубочист.

Я спрашиваю: «Енох, дорогой ты мой,
Здесь пусто, что же мне писать?»
Ответ меня убил внезапно:
«Довольно о любви здесь рассуждать!»

Архангел Метатрон... а в ранние года
Он звался Енох — высшая молитва.
Молился, был замечен, господа,
И это не было большой ошибкой.

Я расскажу, что значит имя Метатрон,
И почему у Бога он в стараниях:
Дела священные передаёт Ему —
Есть имя же его в святых Писаниях.

Так вот, что здесь хочу вам передать:
Архангел, что в Совете Света,
Вершит великие дела из раза в раз —
Вы почитайте иногда об этом.

Так вот, мне Метроном даёт
Листок бумаги, монету да и ручку.
А чистый лист лежит... беру перо,
Смотрю на поплывающую рядом тучку.

Из тучки льёт на чистый лист струя...
Я думаю: скорее всего, людское.
Не может быть! Да это же слеза!
Да что же происходит здесь такое?

А Метроном посмотрит на меня,
И я мгновенно, быстро догадался:
Ведь это смотрит взором Бог!
Как хорошо — на облаке вчера остался.

Пишу указ, а Метроном мне говорит:
«Пиши сейчас, пиши закон негласно!»
Что происходит — просто не пойму,
На сердце отчего-то стало ярко, классно.

 Часть 3. Суд

Вернёт в бюджет все деньги до копья,
Что где-то там однажды проворовался.
Не будет больше в мире кражи и ворья —
Я написал тот текст, а Метроном остался.

Мне Метроном спокойно говорит:
«И это всё? Всего-то просто нужно:
Раскаяться придёт к нам вор
И приведёт подельников к нам дружно».

Ты запустил программу «Маховик»,
Не скроется теперь присяжный,
И ничего не сделает судья,
Хотя судья ведь — Бог отважный.

Ведь только Бог вершит Свой Страшный Суд,
Ведь только Бог всё знает наперёд.
Ведь только Он — Судья и Прокурор,
Он знает всё, что на Земле произойдёт.

Вам в байках пишут, что есть Сатана,
Есть Люцифер, Исраэль, Вельзевул...
Но это вздор и чушь, есть просто морок —
Накрыл потоком страшный его гул.

Так вот, вершители Верховного Суда,
Что сами судят, судят поперёк —
Придут попить божественный исток,
Но что-то интернет в округе слёг.

— Вставайте, милый, дорогой наш друг!
Мужчина в очереди в обморок упал:
Ему приснился Страшный Суд... Иуда...
Вселенский мир добра и карнавал.

Его подняли, в очередь он встал,
Та очередь — в верховный час Суда.
Вы заходите на минутку там погреться —
Ведь ждут священные, минутные года.

Разбойник, что же, в очередь зашёл,
Принёс отдать все деньги для Суда.
Ему так плохо было в духоте душевной —
Он представлял ту плаху иногда.

 Часть 4. Жар-оброк

Он вспомнил, что раньше говорил,
Он вспоминал, что раньше воровал.
Он вспомнил, что в час расплаты
Друзей исправно подводил и распинал.

Но вспомнил он, что час идёт,
Он вспомнил про программу «Дважды два».
А Агнец пощадил его пером,
А Метроном стучал: «Так-так, пора!»

Пора ввести всеобщий жар-оброк
На ложь, страдания, морок да и боль!
А Метроном ему заулыбался,
Сказал он Николаю: «Коль!

Ты погоди, всё будет как у всех,
Ты в жизнь привносишь лучшие года».
А я утёрся светлым рукавом,
Отдал все свитки — вроде было два.

И Метатрон похлопал по плечу,
А Метроном же простучал: «Так-так!»
И я подумал: хорошо кому-то.
Пойду оттачивать деталь я за верстак.

А Метроном вприпрыжку улетел,
И я подумал: «Лучшие года!»
И посмотрел на свой калач с заботой,
Деталь строгать продолжил до утра.

А ночью я достал опять калач...
Какой же он невкусный, не пойму.
Похоже, он уже заплесневел.
Я выбросил его и в магазин иду.

А Бог ответит: «Подбери!
Он с плесенью, но это же твой хлеб.
Не продадут тебе там угощение —
Тот магазин закрыт уж на обед».

Бери и ешь! Неси свой тяжкий крест.
Бери и ешь! И в этом твоя суть.
А то, что неприятен этот камень —
За это ты, пожалуйста, забудь.

 Часть 5. Хлеб Пророка

Я подобрал тот чёрствый, грязный хлеб.
Благодарю, мой Боже, за совет!
Ну всё-таки прошу: в три-тридцать ночи
Ты скрипту пропиши ответ.

«Так сколько его есть?» — «Все десять лет».
«А будет чай?» — «Нет, ржавая вода!»
Да что такое? Господи, помилуй!
Приходит благодать лишь иногда.

Неси свой крест, ведь на Голгофе ждут.
Пиши и ешь затёртый грязный хлеб.
Ты крест несёшь — от этого тебе так тяжко.
— А больше нет питания на обед?

— Маслины и оливки — для глупцов,
А яблоки пока в раю висят.
Ты выходи почаще в безмятежье,
Пока тебе другие льстят.

Закончишь ту деталь — и подойди,
И убери табличку с надписью «ОБЕД».
Устали люди в той толпе стоять...
— Так это ж те, кто ест оливки и маслины на обед?

И я пришёл. Смотрю — стоит Печаль,
За ней стоит... не вижу... вроде Грусть.
Я убираю, и в толпе движение,
Когда поднял табличку «ПУСТЬ».

Зашевелились все, кто был в толпе,
Зашевелились и толпой несут.
А на глазах — вселенская улыбка,
А на губах — такая грусть.

На вороте написано: «Привет».
Несут орлы благие вновь дела.
Когда покаются пред Богом в покаянии —
Настанут, наступили времена!

А времена уже переиграл,
Перечеркнул вселенскую я жуть.
Не будет больше морока в мирах,
А будет на планетах только истина и суть.

 Послесловие

А манускрипт уже в мирах.
Неделю Метатрон мешок
Готовит на коррупцию — облаву.
Всевышний получил большой мешок.

Открыл его — а там уже дела,
Которые открыли прокуроры.
А на Земле вновь воцарился пик добра,
И не дорвутся до кормушки воры.

Не будет хаос — его просто зачеркнул.
Готовлю Догмы, здесь опубликую.
И я признаюсь вам открыто, не тая:
По гавани родной тоскую.

Здесь много так работы... жди меня,
Когда закончу — и друзей в охапку!
Примите: потерялся блудный сын,
В дороге потерял большую шапку.

Ну, а теперь закончим этот стих.
Не видим мы порою кочку.
Мы пожелаем: только путь добра чтоб ровным был.
Под росчерком я ставлю точку!