Слепящий вихрь

Москва надевает белый капюшон,
Но ветер сегодня слишком зол и силён.
В эфире код, и он не просто цветной,
Оранжевый — значит, опасен прибой снежной стеной.

Третья ступень, реальная угроза,
А не каприз для метеопрогноза.
К вечеру микс: заряд крепчает,
И колкий крупой по витринам стучат, не смолкая.

Ты слышишь этот гул? Провода поют блюз.
Шквал давит на стекла, срывая любой картуз.
Скользкий асфальт блестит, как разбитый хрусталь...
И это только начало — деталь.

Под оранжевый вой, под колючий снег-град,
Город встал, каждый сам себе отряд.
Белый ад на рельсах, нулевой меридиан,
Не ищи оправданий, стихия таранит твой план.
Скользим по тонкой кромке дня,
Шторм ломает зонты, воздух жжёт у виска.
Это не синоптиков блажь — реальный расклад,
К вечеру ад!

Дворники-спицы в ритме бешеных гонок,
Сугроб у порога с утра был тонок, стал огромен.
Прогноз не врёт, циклон заходит в зенит,
Каждый порыв как угроза на скине звенит.
Ты хотел романтики? Плед и какао?
Нет, дружок, природа сурова и малость дика, но
Я принимаю этот колючий душ,
Не прячусь, когда срывает с петель дверь в гараж и в глушь.

Воздух дрожит... Пульс — за сотню герц...
Замедли шаг, пока шторм не проник в самое сердце...

Под оранжевый вой, под колючий снег-град,
Город встал, каждый сам себе отряд.
Белый ад на рельсах, нулевой меридиан,
Не ищи оправданий, стихия таранит твой план.
Скользим по тонкой кромке дня,
Шторм ломает зонты, воздух жжёт у виска.
Это не синоптиков блажь — реальный расклад,
К вечеру ад!

Хуже... К ночи станет хуже...
Но я держу свой ритм, даже стоя в стылой луже.
Оранжевое небо... и снег.