Сказка, в которую нельзя верить

В одной глухой немецкой деревушке, стоящей на опушке леса, жила девочка по имени Эльза.

Она была очень послушной, но, как и большинство детей, любила бегать, смеяться и играть в прятки.

Однако с каждым годом игрового пространства становилось всё меньше — лес подступал к домам сплошной стеной.
 
Почти все жители деревни Линденау обходили его окольными тропами.

Они верили: в глубине чащи таится нечто ужасное.

Поговаривали, что стоит человеку заблудиться там, как на него накинется нечистая сила и не отпустит до последнего вздоха.

И это были не пустые слова.

Ведь древние легенды гласили о призраках, скитающихся по этим землям, и о страшных проклятиях, нависших над ними.

Но жители не желали касаться этой темы, опасаясь навлечь на себя беду. Все делали вид, будто ничего необычного не происходит.

И всё же они ошибались, полагая, что так будет продолжаться вечно.

В недрах земли уже пробуждалась нечисть, томимая желанием вырваться на поверхность и напомнить о своём существовании.

Её пробуждение было медленным, но неотвратимым.

Сначала это были лишь едва уловимые звуки, природу которых никто не мог объяснить.

Затем в воздухе появился запах чего-то чуждого и тревожного, что заставляло собак скулить по ночам, а лошадей бить копытами в стойлах.

Но вопреки легендам и слухам, Эльзу не отпускало любопытство.

Всякий раз, проходя мимо опушки, она останавливалась и, затаив дыхание, вглядывалась в чащу.

Вот и сегодня она не отрывала от неё глаз.

Девочка вновь пришла на своё привычное место и опустилась на корточки у края тропинки.

Над горизонтом нависли чёрные тучи. Ветер пронёсся по окрестностям.

Она поёжилась и инстинктивно обхватила плечи руками. Холод пробрался под тонкую ткань платья и тихо скользнул по спине, оставляя лёгкую дрожь.

Эльза задумалась.

Она давно заметила, что с ней происходит что-то странное.

Понять, в чём именно дело, было трудно, но одно становилось очевидным: в последнее время ей всё чаще снились страшные сны, и в этих снах из глубины леса доносился шёпот, зовущий её по имени.

Ночами она часто вздрагивала и, громко вскрикнув, срывалась с постели.

Её сердце бешено колотилось, дыхание учащалось.

Босые ступни касались холодного пола, но она едва это чувствовала: всё её внимание было сковано страхом, ползающим по телу, словно скользкая змея.

— Эльза… Эльза… Эльза… — зловещий шёпот всё ещё эхом отдавался в голове.

Она зажмурилась и плотно зажала уши ладошами, пытаясь прогнать его, но шёпот лишь усилился, проникая в самые потаённые уголки её сознания.

И тут она вспомнила детскую считалку, которую выучила в одной из старых книг, лежавших на столе в маминой комнате.

Сделав глубокий вдох, она начала проговаривать её вслух:

Раз, два, три, четыре, пять —
Тьма ползёт  — нельзя кричать.
Шесть, семь, восемь — шаги за спиной,
Девять, десять — кто со мной?
Раз, два, три, четыре, пять —
Слово моё ночь прогонит опять. 

И это сработало!

С каждой строкой шёпот становился всё тише, пока, наконец, полностью не исчез.

Эльза вздохнула с облегчением.

Она ощутила, как от напряжения у неё пересохло во рту.

Поднявшись с кровати, она направилась к глиняному кувшину с водой, стоявшему на лавочке у окна, в противоположном конце комнаты.

Белая ночная рубашка мягко ложилась на её тонкую фигуру, издавая шелест.

Она наклонила кувшин и с жадностью сделала несколько глотков.

Холодная вода стекала по губам и подбородку, оставляя ощущение свежести.

Она стояла босиком на полу, освещённая тусклым лунным светом, просачивающимся сквозь покрытое пылью оконное стекло.

Её сердце по-прежнему колотилось, дыхание сбивалось.

Большие зелёные глаза настороженно оглядывались вокруг, словно в каждом уголке таилась опасность.

Эльза перестала считать себя маленькой и уже была достаточно взрослой, чтобы спать отдельно от мамы в своей собственной комнате.

Это было неудивительно, ведь совсем недавно ей исполнилось девять лет!

Сначала, как и все дети, она боялась, но с каждым днём всё больше привыкала, и темнота теперь не казалась такой пугающей.

Поэтому она решила разобраться со своими страхами сама — без участия взрослых.

— Зачем же лишний раз тревожить их, — думала она, поджимая губы. — У мамы и бабушки и без того хватает забот.

И потом, это была её привычка — всегда держать свои мысли при себе.

Единственным человеком, кому она могла довериться, была её подруга Ханна — тихая, рассудительная девочка с внимательными серыми глазами, умевшая бережно хранить чужие тайны.

Эх, если бы она знала, что с ней происходит...

Но Ханна не могла знать.

Уже несколько недель она гостила у своей тёти в соседнем городе, в двух часах пути от деревни.

Их прощание было коротким и даже немного неловким: никто из них и предположить не мог, насколько тяжёлой окажется разлука.

Теперь же дни без подруги стали скучными. Мир будто потерял прежние краски, и она всё чаще ловила себя на мысли, что ждёт её возвращения.

Той ночью Эльза легла в свою кроватку и плотно укрылась одеялом.

Преодолев страх, она попыталась успокоиться: «Это был всего лишь сон… всего лишь сон», — твердила она, зажмурив глаза.

Постепенно её дыхание стало ровным, и она тихонько уснула.

В этот раз во сне Эльза очутилась на большой цветочной поляне, залитой тёплым солнечным светом. Вокруг порхали пёстрые бабочки, а рядом с ней резвился пушистый серый кот, подпрыгивая среди высокой травы.

Порой он забирался к ней на руки, мурлыча от радости, и она нежно поглаживала его шёрстку, ощущая такое счастье, которого раньше никогда не испытывала.

Наверное, это был один из самых чудесных снов в её жизни.

Эльза вздрогнула, будто очнувшись от собственных мыслей.

Она по-прежнему сидела на тропинке и смотрела в чащу леса.

Его раскидистые ветви, словно когти хищника, тянулись к одиноким черепичным крышам.

Над горизонтом продолжали сгущаться грозовые тучи. Ветер усилился.

Вокруг не было ни души, и лишь за её спиной село продолжало жить своей привычной жизнью, где петушиный крик и лай собак сливались со скрипом телеги.

Лес начинался сразу за тропинкой, без всякой границы, будто кто-то провёл по земле черту — и по ту сторону уже был другой, чужой мир.

Деревья стояли тесно. Кора на них была сухой, потрескавшейся, местами тёмной, словно обожжённой.

Эльза лишь на мгновение отвлеклась, и тут же в чаще мелькнул силуэт — зыбкий, едва уловимый, слишком маленький для взрослого и слишком ловкий для зверя.

— Эй! — сорвалось с её губ, прежде чем она успела себя остановить.

Ответа не последовало — лишь лёгкий хруст, будто кто-то наступил на сухую ветку.

Эльза застыла.

Её глаза стали большими от удивления, а сердце застучало так быстро, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять волнение, но тревога не отпускала.

«Кто это мог быть?..
Ребёнок?..
Почему он один?..
И почему здесь, в глухой чаще?..»

Мысли метались, как птицы, запутавшиеся в ветвях.

Она присмотрелась снова — но в этот раз никого не увидела.

Лишь кроны лесных деревьев, резво покачивались под одинокими порывами ветра.

— А может, мне это только почудилось? — пронеслось у неё в голове.

Но внутри что-то ныло — тревожное и упрямое: нет, не почудилось.

Она точно заметила силуэт и крошечное алое пятнышко, вынырнувшее из зелени и тут же растаявшее.

«Но звери не носят красных шапочек!»

«А если это был гном…?»

Так, а что она вообще знала о гномах?

Эльза на мгновение задумалась: маленькие, проворные создания, о которых она когда-то читала в детских книгах, вдруг обрели черты реальности.

У мальчиков-гномов — аккуратные седые бородки и яркие красные колпачки.

У девочек — скромные платочки, подчеркивающие их нежность.

Порой гномы помогают людям, порой подшучивают над ними. Они обожают порядок и тщательно обращаются с любыми находками, будь то ягоды или драгоценности.

Внезапно в её памяти ожил стих:

Уважаемые дети, знайте:

Истина в одном!

Кто бы что вам ни ответил,

Мёртвый гном — хороший гном.

«Но разве гномы настолько плохие?».

Возможно, за яркими колпачками действительно скрываются проказники, способные причинить неприятности людям?

Эльза прислушалась: ветер завывал среди деревьев, как голодный волк, листья шуршали, и ей чудилось, что кто-то наблюдает за ней из глубины чащи — маленький, скрытный, осторожный…

От этого ей стало не по себе.

По спине поползли колючие мурашки.

Она медленно приподнялась с корточек и прикусив нижнюю губу, молча побрела домой.

С той минуты лес перестал быть обычным лесом.

Он стал тайной.

А тайны не отпускают просто так…

Продолжение следует...