Из новой книжки Восемь поэтов восемь миров

...Вышла новая книжка стихотворений "ВОСЕМЬ ПОЭТОВ — ВОСЕМЬ МИРОВ" ( Юрий КАЗАРИН, Майя НИКУЛИНА, Алексей КУДРЯКОВ, Олег РЯБОВ, Виктор ЛЯПИН, Дмитрий ТЕРЕНТЬЕВ, Сергей ПАГЫН, Вадим МЕСЯЦ). Издательство "Книги", Нижний Новгород, 2026. Искренняя благодарность и низкий поклон всем, кто принимал участие в подготовке и издании этой книжки!
По одному стихотворению от каждого автора из новой книжки:

ЮРИЙ КАЗАРИН
* * *
Гр. Дашевскому

Не садись, улетая, на крышу,
не вжимайся в пуховую тьму:
чем тебя я услышу,
чем тебя обниму…

Говори, говори понемногу —
русских гласных колечки крути
и согласные сыпь на дорогу,
чтобы в божьей сияли горсти.

Только губы запомнило слово,
только в снег зарывается взгляд…
Чем увижу себя неживого,
чем увижу себя в снегопад.

МАЙЯ НИКУЛИНА
* * *
Склонюсь к воде – мое лицо в реке.
И боль заката на моей руке.

Иду тропой и трогаю цветы,
и остаются влажные следы.

И на тугих березовых стволах –
прикосновенье моего тепла…

Но я живу, и я своим зову
закон людей, с которыми живу.

По этому закону ты уйдешь.
И станет правдой нынешняя ложь,

и вечной только истина одна –
весна вернется, но не та весна.

И если позвонишь ты у крыльца,
я не узнаю твоего лица.

АЛЕКСЕЙ КУДРЯКОВ
***

В сторожке жизнь идёт моя, в острожке –
дежурства сутки засчитай за трое, –
безмерно долог, точно вкус морошки,
день в окаянно-покаянном строе,
в строю бессобытийном – дни, на что вы? –
не балуя, боли; во мне, белей,
пока не свёрнут, как листок почтовый,
небесный свиток предзакатной охры, –
замысливший побег и слежку вохры,
разве я сторож памяти моей?

ОЛЕГ РЯБОВ
* * *
Разбудит дремавшую заводь
Трофейная щука хвостом,
И будут сегодня и завтра,
И будут сто лет, и потом,
Откуда и не обернуться,
Но будут цвести-нетужить
Шиповник, и желтые блюдца
Кувшинок в прибрежной глуши.

Не думая сильно о сроках,
Забыв свои зимние сны,
Надсадно трезвонит сорока,
Бьёт дятел колоду сосны.
Гуляет глухарь по дороге,
Не думая, дальше как жить.
Чтоб облако клювом потрогать,
Взбираются в небо стрижи.

Где взять мне уверенность эту,
Продравшись в их искренний мир,
Без мыслей про нашу планету,
Стать снова собою самим?

ВИКТОР ЛЯПИН
***
Так и останутся на берегу:
синяя церковь на белом снегу —
мимо текущей бездонной реки,
мимо отчаянья, мимо тоски,

мимо погостов, мимо полей,
мимо несущих весну журавлей,
мимо пылающих ночью планет.
Тихая жизнь. Запечатанный свет.

Хочешь, синицей себя назови —
в сотканном небе за Волгу плыви.
Травы творенья, дыхания слов
спрятала нежно под льдистый покров.

На Феофана в плывущий туман
реку и дали сложила в карман.
Скоро уйдёшь от своей пустоты
первою лодкой на оклик воды.

Вешними почками мглу обожгла,
тёплою синью луга заплела.
Солнцесть капели, журчащий родник
дрозд переводит на птичий язык,
эту гортанную певчую нить
не перерезать, и не с чем сравнить.

...Станем мы снегом и станем дождём,
станем мы тем, что не знаем, не ждём...
...Только останется на берегу —
синяя церковь на белом снегу...

ДМИТРИЙ ТЕРЕНТЬЕВ
* * *
Лысые покрышки в гараже оставил –
любовался, выкинуть не смог.
Вспомнил (прослезился) – сколько целовали
трасс вы и просёлочных дорог.

Всей страны узоры вашу грудь прошили:
нити Шупашкара и Москвы,
ленты Краснодара, Крыма и Башкирии,
Городца и Вятки лоскуты.

Лысые покрышки, жалко вас на свалку,
превращать в садовых лебедей
вас не буду, лучше клумбами поставлю,
перегной засыплю.
Через день

высунут свои головки-невелички
зверобой, душица, пятипал,
сон-трава, лазурник, шлемник, ветреничка,
козелец, лаванда, астрагал.

СЕРГЕЙ ПАГЫН
***
Квёлый воздух моего захолустья,
беглый почерк над деревьями дыма.
Вот и дней зимы — многогрустье,
вот и сны мои дождливые — мимо.

Пахнет хлебом и горелой щетиной —
верно, борова палят по соседству,
чтобы в праздник пожевать свеженины.
Все знакомо… Как обычно… Как в детстве.

И подумаешь: открытия, бойня
революций, крах великих империй —
чтоб я снежной колеёю сегодня
шёл дрова колоть к бабе Вере.

Потеплело… В небе чуть запотевшем
рек вороньих шелестенье и бремя.

И качнулось тихим снегом пошедшим
вертикальное, Господнее время.

ВАДИМ МЕСЯЦ

КЛЮЧ

Подари мне ключ от сгоревшего дома.
Он мне дороже, чем дом.
Я не спеша приближаюсь к иному,
чтобы остаться в нём.
Неотличимы вода и воздух,
если в них бродит свет:
вспыхнувший на далёких звездах,
сошедший теперь на нет.