Маме Надежде

Я слышу, как шепчет она посреди темноты:
"Лиза, пожалуйста, не грусти, не печалься,
Срочно и быстро из комнаты выходи!
В объятия кроткие птицею приземляйся."

Она словно вечный маяк посреди океана,
Как трепетный голос, который зовет за собой,
И сердце моё, уходя, прокричит: "Останься!
Подумай горячей и чувственной головой! "

Я солнце несу под беретом ей прямо в руки,
Своё распахнула душевное существо!
И нету ответа от странной псевдо-науки,
Как может она стать роднее мира всего?

Как может она за четыре прекрасных года,
Которых уж в скором марте настанет пять,
С неведомой силой топтать для меня дорогу,
И все проблемы совместно суметь избежать?

По яркому небосводу струится свет,
Он мельком заглянет в наше большое окно,
И луч золотой променяет на сталь и медь,
Без капли раздумий и страха, отдав его.

Я спрячу в огромный мешок тот счастливый луч,
Оставлю под лестницей, долго решу хранить,
Но если над ней соберётся скопление туч,
Я смело отправлюсь каждую победить.

Душа начинает сиять, когда видит мельком,
Как ласково смотрит она на мои ладони,
Которыми я нелепо пишу поэмы.
Насколько давно она в сердце? - Уже не помню.

И я сокрушаюсь, когда мы в большой разлуке,
Когда она очень устала и хочет спать,
Мечтаю поговорить о чем-то насущном,
Но в эти моменты её нет нужды отвлекать.

Мне хочется с ней обсуждать, как проходят дни,
Как нежно смотрит в окно к ней небесный свод,
И если бы силы мои стали чуть велики,
Я б освободила её от всех проблем и забот.

Я так благодарна, что всё она может понять,
О чем ни спроси, не признайся, я слышу лишь:
"Скорей вытри слезы и в светлое возвращайся!
И не беспокойся об этом, не плачь, Лиз."

Сто раз посвящаю я строки своей любви
К тому, чья поддержка границ никогда не имела,
И сколько б в меня не вонзали ножи и мечи,
Она их всегда доставала, а я терпела.

Я страстно мечтаю ей сделать большой подарок,
Который она будет вечно оберегать,
И отражать от него любые удары.
Надеюсь,что скоро смогу я его передать.