Как прекрасен этот грязный мир

В складках старого неба запутался выдох огня,
Спицы дождя прошивают изнанку пустого кармана.
Глина под ногтем  единственная родня,
В трещинах кожи пульсирует соль океана.
Мы не искали путей, мы просто врастали в рельеф,
Там, где изломана линия жизни корявым движеньем.
В каждой канаве затаился божественный лев,
Пьющий своё бесконечное в мутном стекле отраженье.

Припев
Как прекрасен этот грязный мир в лоскутах седины!
В каждом пятне мазута  радуги тайный прищур.
Мы стоим на пороге великой и честной весны,
Где каждый обломок  бесценный и хрупкий ажур.
Как прекрасен этот грязный мир, где не лжёт пустота,
Где правда горчит на губах, как сырая кора.
В этом месиве плоти и тлена сквозит чистота,
Которую мы проглядели в угаре вчера.


Стекло под подошвой поёт о забытых пирах,
В лужах качается хмурое золото павших созвездий.
Счастье не в белых одеждах, а в этих сырых конурах,
Где каждый глоток  это сумма стихов и возмездий.
Не прячься в ладони, смотри, как танцует распад,
Как в рваной газете рождается слово пророка.
Этот хаос  наш самый изысканный, дикий обряд,
В котором нет финиша, нет ни вины, ни порока.


Сбрось эту накипь имён и пустых алтарей,
Слушай, как дышит земля под наслоением хлама.
В пульсе сточных канав ток великих морей,
В каждом заброшенном доме руина небесного храма.
Мы  это пот и роса, мы  корень и дым,
Мы  красота, что не требует внешних прикрас!

Припев
Как прекрасен этот грязный мир в лоскутах седины!
В каждом пятне мазута  радуги тайный прищур.
Мы стоим на пороге великой и честной весны,
Где каждый обломок  бесценный и хрупкий ажур.
Как прекрасен этот грязный мир, где не лжёт пустота,
Где правда горчит на губах, как сырая кора.
В этом месиве плоти и тлена сквозит чистота,
Которую мы проглядели в угаре вчера.