Провинционализм

         
Где стрелки оглашают час
сидит голодная ворона,
для стаи бдит их час коронный.
Без поезда в чём смысл перрона,
по рельсам воблой постучать?
      У воблы тоже грустный день.
      Момента ждёт, когда ж в утробу,
      где с пивом там сольются оба.
      Приспичит – слиться на… дорогу,
      не добежав до туа… лень.
На площади базар-вокзал.
Урчит автобус местный, дальний.
Олень, как памятник вокзальный,
угрюм,  что он не конь педальный -
удрал бы, голуби не за.
      Шумят не в праздной суете,
      кому так хочется в дорогу.
      Без поезда таких тут много.
      А под шафе быкует блогер,
      что мало беспардонных тем.
Вдруг голос что-то объявил
скрипуче-женско- непонятный,
но дама за окном опрятна
и, тут же заиграла в прятки,
чтоб по-лбу чем-то не словить.
      Народ серчал и жаждал мер
      решительных. Слуга закона -
      сбежал. Дирекция в полоне,
      но занят номер телефона
      решателей из верхних сфер.
Причина? Куча тех причин.
Ах, да – зима, заносы, вьюга.
Кругом ворчание и ругань.
Дрянные, в общем-то услуги
под карканье ворон в ночи.
      Трясутся (холодно) бомжи -
      крах отопительной системы.
      Тут блогер в помощь бы – не тема.
      Он унырнул, как некто Немо.
      Ему дай драку, а не жизнь.
Начало января -  среда.
Неровен час придут вагоны
и тепловоз, что хрен догонишь.
Допрежь, кому-то по погонам
придётся хорошенько дать…
      Провинция, эх мать етить,
      такое могут отчубучить.
      Там закалённый люд и круче
      яиц. Вгоняют видом тучи
      арагов, до – смилуйся, прости.
Сибирь! Возьмём и прирастём,
как завещал нам Ломоносов.
Настанет время для вопросов,
пехоты, лётчиков, матросов…
Да не волнуйтесь – это стёб.