Из неопознанного
Тут автор идет по залитому солнцем паркету, достает из большого старинного сундука, стоящего в углу комнаты, самурайский меч сето и небольшой коврик, скорее напоминающий грубую, плетеную циновку из тростника игуса, который расстилает посередине комнаты и опускается на него на колени, а самурайский меч кладет прямо перед собой на пол. Затем соединяет ладони вместе и подносит их к губам, слегка склоняя голову, и быстро и неслышно молится, забытому всеми людьми богу, после чего издаёт пронзительный и леденящий душу крик "Кия-а-а! и делает себе харакири.
Автор в одно мгновенье падает на спину с широко раскрытыми глазами, которые вдруг сделались темно-синего оттенка, такого глубокого и насыщенно-бездонного цвета, как два солёных озера где-то высоко-высоко в горах на Ближнем Востоке. На его губах застыла легкая полуулыбка, а на лицо легла едва заметная глазу, почти иллюзорная печать воспоминаний о далёком турецком отеле "Озкаймак". И некому было подойти и стереть струйку крови, стекающую изо рта и прикрыть ладонью его глаза...
И как знать, может эта смерть была глупой и преждевременной, потому что автор, хотя и не мог стать президентом России, но очень даже легко мог стать, Первой Леди Страны, и нечего было так убиваться по этому поводу! Все-таки, я думаю, что эта смерть была преждевременна...
10.08.2010 г. Ива
Свидетельство о публикации №126042605927