Откровения часть 1 душа Иуды

ОТКРОВЕНИЯ
Часть 1. Душа Иуды
Два измождённых путника, гонимые невыносимым зноем, взбирались по каменистому склону в поисках спасения. Единственной их надеждой была пещера — надежное укрытие от огненных стрел небесного светила. Солнце, застывшее в зените, беспощадно прожигало одежду; казалось, ещё мгновение — и ветхие хитоны вспыхнут прямо на их спинах. Небо выглядело стеклянным, выцветшим куполом, лишённым синевы. Оно медленно опускалось на землю, придавливая всё живое и создавая гнетущее ощущение, будто из пространства выкачали весь воздух, оставив лишь липкий, дрожащий зной.
Раскалённый воздух стал настолько плотным, что его приходилось не вдыхать, а с трудом заталкивать в лёгкие, обжигая гортань. Резкий запах жжёного камня вызывал тошноту и необъяснимую тревогу. Иуда чувствовал, как от этой пытки рассудок покидает его. Охваченный паническим страхом высоты, он лихорадочно цеплялся за раскалённые выступы скал, карабкаясь вслед за своим спутником. Тот двигался невозмутимо, с силой духа, которая казалась Иуде нечеловеческой. В голове ученика, подобно ядовитым змеям, вились черные мысли: «Он хочет погубить меня здесь... Он вовсе не Мессия, он сам сатана!»
— Иисус... — с трудом выдавил он, едва шевеля иссохшими, покрытыми коркой ожогов губами. — Я не вижу никакой пещеры! — простонал он, умирая от жажды и страха.
— Иуда, верь мне. Ещё немного усилий, и мы спасены, — отозвался Христос. В его голосе звучала усталость, смешанная с кроткой радостью. — Отец Наш не оставил нас в Своей немилости. Вот оно, наше пристанище.
С этими словами Иисус проворно взобрался на широкий выступ узкого грота. Сверху он протянул руку и с необычайной силой втянул Иуду в спасительную тень. Обессилевший ученик пополз вглубь прохладного чрева земли, подальше от солнечного пекла. Иисус же остался у самого входа. Опустившись на колени у кромки света и тени, он воздел руки к небу и, сомкнув веки, увлажненные слезами, произнес:
— Вечный закон Вселенной и высший покой мира хранятся в древнем духе великого единства. Изливая свет, душа возносится к центру мироздания, обретая благодать в бесконечном ковчеге Творца.
Иуда смотрел на Учителя, тайно проклиная этот день и испытания, которые обнажили его малодушие. Несмотря на жалкий вид, в глазах Искариота промелькнула искра радости: он был спасен. Скрывая внутреннее беспокойство, он тихо спросил:
— Как найдут нас братья в пустыне? Пещера снаружи почти не видна.
— Так же, как и мы нашли это убежище — с Божьей помощью, — кротко ответил Иисус.
— Но у нас совсем нет воды... — с сомнением прошептал Иуда.
— Слышишь? — Учитель поднял указательный палец. — Надвигается гроза.
В гроте внезапно стало темно. Иуда, ведомый любопытством, выглянул наружу и замер. Палящее солнце поглотили свинцовые, набухшие тучи. Они величавой громадой надвигались на горы, цепляясь за острые гребни скал. В мгновение ока небо разорвалось ослепительной вспышкой. Свет молнии обнажил мертвый ландшафт и на миг выхватил из тьмы искаженное ужасом лицо Иуды. Раздался оглушительный гром — истинный гнев Элохима, от которого содрогнулись горы.
Иуда отпрянул вглубь пещеры. Иисус, видя, как побледнел его ученик, произнес:
— Пока ты со Мной — ничего не бойся.
Он посмотрел в бегающие глаза Иуды с бесконечной братской любовью.
— Учитель, — прошептал Иуда, пока за стенами пещеры начинался хаос. — Как может человек обрести силу веры, когда плоть его так слаба, а страх смерти сильнее любви к Богу? Где спасение для души, которая видит лишь тьму и гнев небес?
Иисус подошел ближе. Очередная вспышка молнии озарила его лицо — спокойное, чистое, словно высеченное из небесного камня, в то время как лицо Иуды оставалось в зыбкой полутени.
— Вера, Иуда, — тихо сказал Христос, — это не отсутствие страха, а способность идти сквозь него, держась за руку Отца. Душа человека — как эта пустыня. Сейчас она мертва и суха, но в ней сокрыта жажда. Спасение не приходит в покое; оно рождается в буре, когда старое «я» разрушается, чтобы дать место духу. Кто верит в Бога, в того верит и Сам Бог. Люби ближнего своего, как самого себя, и в этой любви ты найдешь ключ к вечности.
Снаружи раздалась каменная барабанная дробь — тяжелые капли разбивались о раскаленный известняк. Земля ответила шипением тысячи змей, жадно впитывая влагу. Плотная завеса ливня превратила скалы в призрачные тени, стирая границы между мирами. Сухие русла — вади — за секунды стали яростными потоками. Бурая вода, смешанная с глиной, текла по жилам пустыни, словно жизнь, возвращающаяся в мертвое тело.
Иуда жадно вдыхал аромат озона и мокрой пыли. Духота отступила, сменившись прохладой, которая казалась ему почти мистической. Глядя на то, как клочья тумана, подобные одеждам кающихся грешников, ползут по ущельям, он воодушевленно произнес:
— Этот дождь... он как акт очищения и разрушения старого мира.
— Истинно так, — отозвался Иисус, и голос его в шуме стихии звучал как сама Вечность.