Диктатор

Не напившийся крови диктатор,
Объявляет соседям войну.
Смертный бой ведет здесь гладиатор,
За идею погубит жену.

Выжигает свой собственный город,
Превращая всё в пепел войны.
Цезарь кровью питает свой голод,
Не дожить никому до весны.

На знамёнах — оскаленный череп,
Вместо хлеба — холодная сталь.
Он в бессмертие дикое верит,
Устремив свой безумный взор вдаль.

Легионы уходят в туманы,
Оставляя лишь гарь за собой.
Заживают глубокие раны,
Чтобы завтра — в решительный бой.

На арене, под крики народа,
Режут горло за медный грош.
Там не ценится жизнь и свобода,
Только в спину отточенный нож.

Гладиатор на розовом поле,
Окропляет песок и цветы.
Он не знает ни дома, ни воли,
Средь бездушной и злой пустоты.

А вдали догорают границы,
Всюду топот коней и грабёж.
Улетают испуганно птицы,
Видя в поле созревшую рожь.

Там, где мирно паслись кобылицы,
Блещут копья и груды щитов.
И чернеют в грязи колесницы,
Возле трупов седых стариков.

Разоряет он земли соседа,
Чтобы к власти построить пути.
Но горька эта злая победа,
Дальше некуда больше идти.

Пир идет в золоченом покое,
Где обжорство и пьяный разврат.
Всё бесстыдное, злое, нагое,
Свой лобзает оскал конокрад.

На столах — соловьиные души,
Мясо редких и диких зверей.
Вина льются на жирные туши,
Средь полночных и душных теней.

Он во власти безумных желаний,
К материнской постели влеком.
Грех лишает его оправданий,
Он идет на позор целиком.

С братом кровным — вражда и проклятья,
Трон один — претендентов лишь два.
Разорвались стальные объятья,
И на плаху летит голова.

Брат убит за коварство и злато,
Яд подсыпан в имперский бокал.
Нет пути для тирана обратно,
Он звериный являет оскал.

Оргий шум заглушает рыданья,
Танцы дев на обломках костей.
Нет предела для самопознанья,
В мире низких и грязных страстей.

В храмах стонут избитые вдовы,
Боги глухи к мольбам из толпы.
Рассыпаются жизни оковы,
Поднимаются к небу столпы.

То не стяги враждебного строя,
И не стрел ядовитых дожди.
Это небо, от пепла седое,
Где не властвуют впредь вожди.

Слышен издали пламенный грохот,
Смесь из грязи, людей и войны.
Взрыв Везувия, паника, рокот —
Нет былого величия страны.

Растекается жаркое пламя,
Заливая дворцы и сады.
И горит окаянное знамя,
Возле черной и мертвой воды.

Там, где Цезарь желал поклонения,
Только серый песок и гранит.
Против силы земного кипения,
Ни один деспот не устоит.