Державину

Фелице воспевал ты славу,
Вельмож развратных поругал
И словом верным мать - державу
Благодарить не уставал.
Порой был слог твой груб, но точен.
А взгляд острее, чем чингал,
Гнойник вскрывая червоточин
И правды обнажив оскал.
Разила  громом твоя лира
Двора расхлябанность клеймя,
А дома нежная Пленира
Прельщала ласками тебя.
Дел государственных рачитель
В быту был мягок и  игрив
Стих оглашал твою обитель,
И песенный речитатив.
Проникшись  прошлым, преступаю
Гостеприимный твой порог
Налей, отец , пиалу чаю,
Вкусим "румяно-жёлт" пирог.
Любуешься, гляжу, луною,
А человек там побывал.
И можно связь держать с тобою
Через космический сигнал.
Не надобны для света свечи,
Огонь, стеклянной лампы раб,
Готов собою скрасить вечер.
В беседах долгих ты не слаб.
А хочешь, на железной птице
Махнём из Питера в Москву?
И ты забудешь колесницы,
И придорожную тоску.
Подлей чайку, скажу и боле
Иссякнул повитух фантом
не родют бабы больше в поле
Для них открыт родильный дом.
Пора мне! О плохом не будем.
Во всём, что сталось, есть твой след
И твой глагол мурзам и судьям 
Бичует сквозь громаду лет.