Романс
Первый снег былое мне напомнил
О судьбе, о вере, о тебе,
Не нашел я в нем янтарных комнат,
Лишь Мак-Кинли в прошлое побег.
Оторвался я давно от жизни,
Шкандыбаю, бегать не могу,
Хорошо, пока мне рак не свистнул,
Лишь «Метель» Сорокина в снегу.
По утрам: я ем обычно тюрю,
Водки в миску, хлеба покрошу,
Сверху зелень (бороду сбрил, дурень),
Лишь курю, шмаляю анашу.
Докурю, сниму рубаху, ножик
Взяв один, другой в руке кручу,
Полюбить судьба меня не может,
Лишь другую видеть не хочу!
Почему ж я с Улицей не дома,
Не за «Книгой», слабый человек?
Отвечаю: — «Библия» не «Тора»,
Лишь другого Бога в книгах нет.
Скоро вечер. День прошел безследно,
Оный день безлюднее всего,
Лютней полночь мне рукою бледной
Лишь не гасит света моего.
— Повторите Touch ID, пожалуйста,
Ангел с хризолитовой трубой!
Шукшина нам пела нежность, жалость,
Лишь калина красная кругом.
Мы все время в жизни что-то ищем,
Чито-грито, Шамбалу, яйцо,
Потребляя утром тюрю в пищу,
Лишь за это говорю с Отцом.
Излияние изнутри все льется,
Шепот к уху углем по песку,
Имя, брат, навеки не дается,
Лишь такую вижу я тоску.
Какая вокруг безглагольность тоски,
Какое безлюдье, покой!
И только дорога, и солончаки,
Лишь я бесконечно блатной.
Свидетельство о публикации №126042508848
Сергей Сорокас 26.04.2026 00:23 Заявить о нарушении
Ивановский Ара 26.04.2026 01:43 Заявить о нарушении
Свічка горить, як пам'ять душі.
Кров’ю полита, запеклая, люта,
Слава героям, що впали в бою!
Ивановский Ара 26.04.2026 02:05 Заявить о нарушении
Сергей Сорокас 26.04.2026 03:49 Заявить о нарушении