Браво!

- Браво! Браво!  - слышалось со всех сторон. – Бра-а-аво!

Он смотрел на людей, которые словно по команде стали вставать с мест. На их руки, отбивающие ладони. На ручеёк из тех, кто уже выстраивался перед сценой с цветами. Зал как всегда захлёбывался от восторга. Он ещё раз поклонился, повернулся к оркестру и дирижёру, поклонился уже в их сторону и стал принимать цветы. Охапки никому не нужных цветов, которые потом разберёт оркестр и работники сцены.
 
- Спасибо! Вы очень великодушны! Всё ради вас... - «Господи, одно и то же». – Спасибо! Да, конечно, как вас зовут? Обязательно сыграю, я буду иногда приезжать.

Он улыбался в камеры, жал чьи-то руки и расписывался на программках. Последнее выступление перед отъездом. Осталось всего ничего и можно наконец-то попрощаться с этим унылым городом. Он обвёл взглядом оставшихся в очереди и посмотрел в зал. В пятом ряду, как всегда, сидела его «вторая мама». Она старалась не плакать, но было понятно, что ей это давалось непросто. «Бедная Ольга Викторовна, как же она теперь без меня».

Ольга Викторовна действительно не понимала, как она теперь будет жить без своего Илюшеньки. Этот мальчик с бабочкой был её отдушиной последние пять лет. Вундеркинд-виртуоз, пальцы которого были идеально сложены для скрипки. Она почувствовала его силу в первый же день, опытный преподаватель понимает такие вещи молниеносно. В голове промелькнуло только одно: «Никому не отдам».

Илья был очень талантлив, но ленив и не по возрасту самовлюблён. Сколько сил ушло на рост его гения, знает, пожалуй, только его мама и ещё пара преподавателей. «Да, Оля, тебе выпал выигрышный билет,- говорили все остальные. – Если бы мне попался такой самородок, мы бы тоже выигрывали все конкурсы». Только другим такие дети почему-то не попадались, а для неё это был уже третий «выигрышный» за всю педагогическую жизнь. К сожалению, она знала, что и эта история подошла к концу. Все птенцы рано или поздно покидают своё гнездо. Только она не была птицей, и этот выпуск снова будет болезненным.

Через день она уже стояла на перроне в окружении родных и знакомых Ильи. Одинокая слеза, которую так и не удалось сдержать, скатилась по щеке и напомнила ей, что что-то человеческое в ней ещё осталось. Удивившись таким мыслям, она подошла к своему теперь уже бывшему ученику и сказала: «Теперь ты должен будешь справляться сам. Постарайся учиться у всех, кто будет того достоин». Илья ожидал от неё совсем других слов и немного опешил, поэтому ничего не сказал, а просто обнял её в последний раз и поспешил в вагон.

На лето он поехал в деревню. За это время он несколько раз мысленно обращался к её словам, пытаясь разгадать какой-то зашифрованный код. Ольга Викторовна была с ним почти с самого начала. Она его любила как сына и в отличие от других преподавателей, никогда не скупилась на похвалу. Далеко не все люди на это способны, но она понимала, насколько он талантлив. Когда-то талантливой считали и её, но потом что-то случилось, и она отказалась от блестящих возможностей и осталась в родном городе. Но у него была только одна дорога - к славе, поэтому когда пришло приглашение продолжить обучение за рубежом, ответ даже не обсуждался. С осени он будет учиться у лучших из лучших.

Длинный перелёт немного вымотал, но вокруг были другие люди, здания, дороги, всё казалось таким нереальным, что он пошёл гулять по городу и в общежитие вернулся только к десяти, за что получил первый нагоняй. Ему дали три дня, чтобы выспаться и немного прийти в себя. В понедельник он пришёл на первый урок, сыграл сюиту из выпускного концерта и по привычке ожидал аплодисментов. Когда он открыл глаза, преподаватель что-то записал в блокнот, поблагодарил его и попросил вернуться на место. Никто из других учеников даже не шелохнулся, немного позже он понял почему. После него сыграли ещё три человека - очень хорошо, а потом вперёд вышла она. Впервые он понял, что можно чувствовать от музыки: по телу побежали мурашки. Наверное, так чувствовала себя Ольга Викторовна, когда он играл. Или не чувствовала? Может она бы хотела, чтобы он так играл и именно поэтому заставляла его оставаться ещё на полчаса-час после занятий? Девушка играла не просто хорошо, она играла гениально. Он не знал почему и как это было понятно, но весь зал застыл и, казалось, старался не дышать.

Илья сослался на плохое самочувствие и ушёл к себе в комнату. К ужину он не вышел, но от услуг врача отказался. В последующие несколько месяцев он усиленно занимался и старался так, как никогда ранее. Но его игра, по сравнению с её игрой, была какой-то механической, заученной и... не гениальной. Каждый раз, когда проходил промежуточный концерт, она доводила его почти до слёз. В декабре он сдался и позвонил Ольге Викторовне в школу. Она сказала, что скоро у неё урок и у него есть пятнадцать минут. «Наверное, обижена, что я не звонил». Он рассказал ей, как ему живётся и спросил, почему она тогда сказала ему эти слова. После паузы она спросила только одно:
- Кто-то играет лучше тебя?
- Да, одна девочка играет так, как никто другой.
- Ты ревнуешь?
- Я всегда был первым, но не сейчас. Ольга Викторовна, я не так хорош, как вы говорили.
- Тогда учись у неё или возвращайся домой. Извини, мне пора на урок.

Она повесила трубку, и Илья первый раз в жизни понял, что для неё он был очередным талантливым учеником. Очередным. Он сжал свою волю в кулак и закончил школу. Гением стать не получилось, но возвращаться обратно было равносильно проигрышу. По вечерам он играл в клубах и неплохо зарабатывал, но ему хотелось чего-то большего. Он отправил документы в несколько музыкальных школ и в одну из них его приняли на неполную ставку. Через год ему встретился его первый «золотой мальчик». В тот момент в голове пронеслось только одно: «никому не отдам». Он мысленно поклонился Ольге Викторовне и принял воображаемую эстафету. Теперь он знал, что нужно делать.