ЁмоЁ Альманах Миражистов

 
                Альманах Миражистов
                !ЁмоЁ!
         Константин КЕДРОВ-ЧЕЛИЩЕВ, Николай ЕРЁМИН, Сергей АРУТЮНОВ, Константин КРОИТОР,  Эрнест ХЕМИНГУЭЙ
                2026
 
                Альманах Миражистов
 
Петров-Водкин К. С. Купание красного коня

 
                !ЁмоЁ!
Константин КЕДРОВ-ЧЕЛИЩЕВ, Николай ЕРЁМИН, Сергей АРУТЮНОВ, Константин КРОИТОР,  Эрнест ХЕМИНГУЭЙ                2026
      

 
Автор бренда МИРАЖИСТЫ,
составитель и издатель Николай Ерёмин
nikolaier@mal.ru
телефон 8 950 401 301 7
Матрёшки Екатерины Калининой
Кошек нарисовала  Кристина Зейтунян-Белоус
Коллаж-обложка – ИИ В.В.Монахов
© Коллектив авторов 2026
 
Константин КЕДРОВ-ЧЕЛИЩЕВ
 
   
Кедров-Челищев
Метаметафора Константина Кедрова — это поэтико-философское понятие, означающее «вселенское зрение», где каждая вещь воспринимается как целая вселенная, а метафора выходит за пределы сравнения, создавая «встречу цветка и солнца». Это способ инверсии (выворачивания) мира, когда внутреннее становится внешним, а человек — изнанкой неба.

ФОРМУЛА БЕССМЕРТИЯ

Одна из самых загадочных формул Хлебникова — это уравнение прошлого, будущего и настоящего времени, открытое им незадолго до смерти в двадцать втором году. «Три числа! Точно я в молодости, точно я в старости, точно я в средних годах вместе идем по пыльной дороге 105 + 104 + 115 = 742 года 34 дня». Кое-что в этой формуле понятно. Хлебников вслед за великим ученым древней Греции Пифагором считает, что срок человеческой жизни в прошлом, будущем и настоящем простирается в пределы тысячи лет. За это время человек трижды рождается и умирает в трех новых обликах. Так, себя Хлебников считал родившимся трижды. В прошлом он видел себя математиком и поэтом Омаром Хайямом, в настоящем — геометром Лобачевским и в будущем, то есть в XX веке — Велимиром Хлебниковым. Почему Омар Хайям обозначен числом 105, Хлебников 115, а Лобачевский 104, со временем разберутся математики. Нам же интересно, что срок космической жизни человека — 742 года перекликается с теми, которые указаны в Библии. Девятьсот лет и более живут библейские патриархи от Адама до Мафусаила. Отсюда выражение «мафусаилов век», означающее сказочное долголетие. Если взглянуть на эти таинственные сроки жизни глазами Хлебникова, то увидим, что средний срок земной человеческой жизни 70 лет — это лишь верхушка айсберга, скрывающего в глубине тысячелетий глыбы жизни космической. Около 700 лет. Очертания этой жизни выглядят у Хлебникова загадочно и странно, но в то же время они строятся из материала сегодняшней земной жизни. И в прошлое и в будущее мы глядимся, как в зеркало, и видим в нем пусть преображенное, но все же зеркальное отражение самих себя. «Я посмотрел в озеро и увидел высокого человека с темной бородой, с синими глазами в белой рубахе и в серой шляпе с широкими полями. Так это Числобог, — протянул я разочарованно. — Здраствуй же старый приятель по зеркалу, — сказал я, протягивая мокрые пальцы. Но тень отдернула руку и сказала: — Не я твое отражение». Числобог — это человек, овладевший законами времени, уловивший его в свои таинственные линзы и зеркало. В данном же случае это сам Хлебников, глядящийся в озеро. Так же как небесные тела, согласно новейшим астрономическим данным, находятся в прошлом, будущем и настоящем одновременно, так и человек, Числобог, есть некая бессмертная субстанция человека, находящаяся во всех временах. Хлебников утверждал, что об этом знали еще древние египтяне. Они назвали эту бессмертную субстанцию человека именем Ка. «Ка — это тень души, ее двойник, посланник. Ему нет застав во времени. Ка ходит из снов в сны, пересекает время и достигает бронзы (бронзы времен). В столетиях располагается удобно, как в качалке». И Хлебников жил одновременно во всех временах, потому он так ясно видел многие детали из будущего. Ведь машины времени у поэта не было, был только проект ее. Он сам был сложнейшим устройством, пронизывающим века невидимыми лучами мысли. Среди других великих космических утопий XX века (всеобщее воскрешение по Федорову, освоение космоса по Циолковскому) проект Хлебникова кажется мне самым смелым и, может быть, самым глубоким. Ведь он предлагает полет не на космических кораблях и не в пространстве, а во времени. «Мы полетим в космос прямо со стульев земного шара», — восклицал поэт. Он спроецировал теорию относительности Альберта Эйнштейна из области физики, космологии и математики в сферу человеческой интуиции, и здесь его посетили прозрения, которые становятся понятными лишь на исходе нашего века. Полет в пространстве уже закончен. Здесь ясны границы, видны пределы. Пришла эпоха полетов во времени. Циолковский в своих трудах обжил для человечества космические пространства. Хлебников заселил нами время. Здесь техника должна уступить человеку с его прозрением и интуицией. Я хочу, чтобы луч звезды целовал луч моего глаза, как олень оленя", — писал Хлебников в 1909 году, а в драме «Мир с конца» есть описание обратного хода времени не от рождения к смерти, а от смерти к рождению. Человек сначала старец, потом взрослый, потом юноша, потом младенец. Кажется, уж тут-то мы имеем дело с чистой фантастикой, но не следует спешить с выводами. Математик Курт Гедель тщательно проанализировал время и пространство с точки зрения теории относительности и пришел к выводу, что теоретически обратный ход времени во вселенной возможен. И умирающий старец встретит себя — младенца. Кстати, старец-младенец известен в Китайской мифологии под именем Паньгу.
 

 
Елена КАЦЮБАиКонстантин КЕДРОВ
Изображённые на медалях ДООСА.
ДобровольногоОбществаОхраныСтрекоз
 
Николай ЕРЁМИН
Альманах Миражистов

   
Николай ЕРЁМИН, Лауреат премии Константина КЕДРОВА
 
ПРЯМАЯ ЗАВИСИМОСТЬ   

СОНЕТ ПРО ВСЁ

Стихи умерших всё живее…
Стихи живущих всё мертвее
Звучат, о прошлом не жалея…
Меня преследуют они!

За что? О Муза, извини
При  свете  солнца и в тени -
Космического мавзолея,
Господь! Спаси  сохрани…

…Всех - в лунном Интернете
И в солнечной Отчизне -
Закат взывает к смерти,
Рассвет  взывает к жизни…

Я  ж – снова,  наяву -
К бессмертию зову!

***
Я рос зависимым от слова -
Того, библейского, в начале…
Раб слова доброго и злого,
Рос – в радости, и рос – в печали…

И вот, доросший до седин,
Теперь я слову господин.
И всё зависит – Боже мой! –
От слов, произнесённых мной.

СОНЕТ МОЕЙ МУЗЕ

Я спать хочу с тобой  - не вечным
Сном - а сердечно-подвенечным...
Кружась в раздумьях о весне
В черёмуховой белизне...

С тобой хочу я спать – над речкой
И называть моей овечкой
В колечках нежного тепла...
Как ты согласна и светла!

Нежна, спасительно-красива...
В тебе – и молодость, и сила...

Я - рад тебе и рад весне -
Блаженствую... О, сон во сне!
По телу – солнечная дрожь...
Так ты смеёшься и поёшь...
2025

ТЕНЬ БРОДСКОГО

В Венеции пейзажи, ох, красивы!
И жизнь красива…Но, пускаясь в путь,
Тень Бродского гуляет по России –
И вновь поэтам не даёт заснуть…

Лишь на рассвете, подарив им силу,
В Венецию спешит, к себе в могилу…


НЕ НАДО

- Не надо, не надо, не надо менять
Того, что придумал Творец!
Ни Ада, ни Рая…-  Сказала мне мать.
- Не надо! – Промолвил отец.
Но только покинули Землю – как вдруг
всё-всё изменилось во мне и вокруг…

ПАМЯТИ РОМАНИСТА
Алексея Толстого

Трубкой с табаком влекомый
К жизни непростой,
Докурился до саркомы
Алексей Толстой…

Верен трубкам, точно музам,
Не жалел чернил –
И «Хождение по мукам»
В муках сочинил…

Не сберёг свои он нервы,
Подводя итог, -
И романа «Пётр Первый»
Завершить не смог…

Все писателя любили:
Был он не дурак.
Жаль, что графа погубили
Трубки и табак…

А не стал  бы саркоманом,
Не курил… Как знать,
Сколько смог ещё романов
Он бы написать!


БОЧКА

Кто-то катит бочку на меня…
Неужели это ты, мой друг?
Бочка приближается, гремя…
А в глазах твоих горит испуг…
Но она сворачивает вдруг –
И всё дальше, дальше гром и стук…

***
В стране обманов и военкоматов
Поёт Газманов и молчит Гамзатов…
И вновь Высоцкий, как живой, сердит:
- Спасите наши души! – Голосит…

***
Писать! Писать – о главном, о немногом…
Чтобы потом, когда придёт черёд,
Стихами оправдаться перед Богом:
Авось, Он прочитает и поймёт.
 
Над старинным причалом
Николай Ерёмин
НАД СТАРИННЫМ ПРИЧАЛОМ   Николай ЕРЁМИН


СОНЕТ ПРО ПИВО-РАКИ

Кафе под брендом «Пиво- раки»
Причал. Две рыжие собаки
Лениво смотрят на меня,

Своё достоинство храня
Меж городским и деревенским,
Между собачьим и вселенским…

По трапу движется народ…
Гудит… Отходит теплоход…
И я машу ему рукой…
Кружатся чайки над рекой…

…И, выпить пива не дурак,
Я наслаждаюсь натощак…
И две собаки от пивной,
Повеселев, бегут за мной…
2026


ПОЛУСОНЕТ ПРО ПРОШЛЫЙ ВЕК

Откуда страстные мотивы?
Из века прошлого, увы…

Он был божественно-счастливый,
Звучащий выше головы
Над мнением  людской молвы -
Счастливый звёздный хоровод…

Век нынешний совсем не тот.
2026


СОНЕТ ПРО МОЮ  РОДОСЛОВНУЮ


Повстречались -  Тет-а-тет -
С раритеткой  раритет:
С рари-тьмою  рари-свет -
Рари-бабка, Рари-дед…
С папой-рари  -  рари-мама:
- Харе  Кришна!- Харе  Рама! -
И от них,  как паритет,
Появился я: - Привет!
У меня – Авторитет!
У меня приоритет…
Так как я, вопросов нет, -
Член ДООСа  и ПОэт…
И конечно же, - Off cоuse! -
Стрекозёл  среди стрекоз!

2016-2026


ПОЛУСОНЕТ ПРО ЧАСЫ И ВЕСЫ

Я чинил старинные часы,
Потому что был и глуп, и мал…
Разобрал… Конечно,   не собрал,
Собирая,  только доломал…
А теперь вот поломал весы, -
Взрослый,  и  как будто не дурак,
А  они - не чинятся никак!


ОКТАВА ПРО 10 ЛЕТ СПУСТЯ

Ах, зачем  ты  рванула в Америку -
Покорять Атлантический брег?
Я ж, в себе усмиряя истерику,
Устремился в 17-й век -
И, в отместку тебе, полон  сил,
Вдохновенный  роман  сочинил…
Почему и зачем ты и я
Возвратились в родные края?
2016-2026


ПОЛУСОНЕТ ПРО ТАМ И ТУТ
           «Там вороне не сделаться вороном, как ни каркай…»
                Иосиф Бродский,  Квинтет, 1977г
***
Какая разница – где одиноким быть,
Казалось бы…А разница большая!
И сумма – тоже…Лёд или песок
Ступни тебе – до сердца – прожигают…
И никаких
Надежд
Не подают…


АМНЕЗИЯ

Лир больше не король!
Остановилась пьеса…
Актёр, забывший роль,
Молчит - вне интереса…
Всем интересен - вздор
Диктующий суфлёр…


ГИПЕРМНЕЗИЯ

Депривация общения…
Бред ущерба, обнищания –
И отшельник – что за вид! –
Сам с собою говорит,
Обо всём и ни о чём
Диалогом увлечён…


СОНЕТ О ДОБРЕ И ЗЛЕ

Давно я не летал на самолёте…
Давно не отдыхал на корабле…
Всё на работе…
Всё на огороде…
И день и ночь - в одной двойной заботе
О долларе, увы, да о рубле -
То бишь, в раздумьях о добре и зле…

Всю жизнь боролся с хаосом и с грязью
В себе и вне… И – чудо! – победил…
Пробился, так сказать, «из грязи – в князи»
Где кажется: совсем бороться не с чем!
Гармония везде и чистота…
И жизнь прекрасна… Да совсем не та:
Хотя и не напрасно прожита…


СОНЕТ ПРО МЕТАМЕТАФОРИЗМ

Коммент к Журналу ПОэтов Константина Кедрова
№1,(67), 2016, «НАМ  20  ЛЕТ»

Кедров заставил поэтов ночью смотреть на звёзды…
А днём вспоминать о них…
Чтобы, пока не поздно,
С ними сверять каждый стих…

Вот – воплощённый в «изм»
Ключик-замочек поэзии –
Метаметафоризм,
Звёздноземной Аккорд…

Слушайте, как поёт
Арию «Метакод»
Кедров – главный солист,
Метаметафорист…
И подпевает Хор,-
Вешний кедровый бор…
2016-2026


ПОЛУСОНЕТ ПРО ОБРАЗ

Образ всем сулит преображение,
Продолженье вечного движения,
Путь от непорочного зачатия -
В нежность, в материнские объятия…
От рожденья,
Крестного мучения,
Вплоть до смерти и до воскрешения…

ОКТАВА ПРО  ПОЧТЕНИЕ И ПРЕЗРЕНИЕ

Какое почтение к смерти!
Какое презрение к жизни!
У тех, кто, напившись, как черти,
Мечтали о коммунизме…

Какое почтение к жизни!
Какое презрение к смерти
У тех, кто пропитой отчизне
Желает прожить в Интернете…


СОНЕТ ПРО ОБЫКНОВЕННУЮ  ИСТОРИЮ

Поэта, увы, сам-с-усами,
Врачи – этот в славе, тот в силе –
Однажды в больницу вписали,
А выписать позабыли…

И он их – Талантлив, нахал! –
В поэмах своих описал,
Ни мысли не выразив матом…
И выпустил в свет Тамиздатом…

Тогда лишь его прочитали…
Приехали вдруг – и забрали…

По мнению  Недокторов
Практически стал он здоров,
Чтоб жить просто так, задарма,
Рифмуя «сума» и «тюрьма»…
2016-2026


ПРЕЗЕНТАЦИЯ КНИГИ
«Творчество психобольных»

Каждый – от сих и до сих –
Психоздоровый и псих -
Здесь свою душу спасал…
И, прочитав, подписал
Мне свой классический  стих…


ПОЛУСОНЕТ ПРО ПЬЮЩИХ И ПОЮЩИХ

Такое впечатление, что все поэты пьют и пьют,
Пропивая Гоголевскую шинель…
А все поэтессы вышли на панель
И поют, поскольку их поэтессами не признают
Желающие веры, надежды и свободной любви, -
Все, кто рядом – не поймёшь – то ли строят,
То ли разрушают  храм на крови…

ПОРТРЕТ

Художник от слова «худо»
Читает плохие стихи…
И рисует образ Христа…

И выглядит, словно Иуда,
Поскольку не выразил чудо…
И это, увы,  неспроста…


ЭКОЛОГИЧЕСКИЙ СОНЕТ

Из облаков над городом, где я живу,
То метиловый спирт льёт, то соляная кислота…
И Мэр объявляет по радио «Чёрный день»
И призывает всех скорее наполнить канистры…

И наполняют свои цистерны долларами городские министры…
И летят, как на ПМЖ, отдыхать на пляж, на Канары,
И не хотят ни на нары,
Ни подписку о невыезде давать…

Ни распылённый спиртово-кислотный коктейль вдыхать…
Ни вообще, раньше времени подыхать…

Тем более, что под городом, уже который год
Функционирует по переработке ядерных отходов завод
И приносит без особенных забот
Гарантированный финансовый доход…

ИЗ НОВОЙ КНИГИ ЧЕТВЕРОСТИШИЙ
ЗАПРЕТЫ

Чего ещё в России запретить?
В раздумьях Дума…Что и говорить,
Кто подсказал бы –да, увы,  давно
Давать советы - всем – запрещено.

***

Не рад ни другу, ни врагу,
За что молчанием плачу?
Хочу понять – и не могу.
И вдруг:  могу! Но не хочу.


УВИДЕЛ СВЕТ ЖУРНАЛ СМОГ №1, 2026 г
 с моими сонетами
Эпиграф:
«Поэзия приинадлежит к народному воспитанию .
Василий Андреевич Жуковский»

Николай ЕРЁМИН
г. Красноярск
Ерёмин Николай Николаевич. Родился 26 июля 1943 года в городе Свободном Амурской области. Окончил Медицинский институт в Красноярске и Литературный им. А. М. Горького в Москве.
Член Союза писателей СССР с 1981 г. и Союза российских писателей с 1991года, русского ПЕН-центра международного ПЕН-клуба. Автор издательского бренда «Миражисты». Выпустил в свет Собрание сочинений в 6 томах. Публиковался в российских и зарубежных периодических изданиях, в том числе на китайском языке – в переводах Хэ Суншаня, г. Синьян. Член литературного экспертного совета журнала «Северо-Муйские огни».
«Земля меняет полюса. . .»

СОНЕТ ПРО ПОПАВШЕГО В СЕТЬ

Я жил
Не там, где хочется.
Дружил
Не с тем, с кем хочется.
Ел-пил не то, что хочется
Среди стыда и фальши...
И перестал хотеть
И жить, и умереть, –
Чего хотел я раньше...
Увы, что будет дальше?..
...Лишь Интернета ропот
На всех, попавших в Сеть...
Но как, что я «НЕ РОБОТ»,
Ей доказать суметь?

СОНЕТ-БУРЛЕСК

Шарль Гуно
И Шекспир
Собирались давно
Засветиться в кино
И устроить кекс-пир...
Разослали билеты:
– Приходите, поэты!
Приводите подруг!
Будет избранный круг!
Но никто не пришёл...
Ни верблюд, ни осёл...
Ни Эдип, ни Эзоп...
Отчего? Почему?
До сих пор не пойму!

СОНЕТ ПРО ЗВЁЗДНЫЙ ЧАС

Я сам себя от смерти спас.
Причина стресса позабыта.
Трепещет крыльями Пегас,
Стучат подковами копыта...
Над головою – звёздный час...
О, звёзды, света не жалейте,
Когда я пробую – для вас
Сыграть на лире и на флейте.
Ещё дрожат мои персты.
И звуки музыки чисты,
И Муза вновь глядит влюблённо,
И сыплет на меня цветы
Из покорённой высоты
Приотворённого балкона...


СОНЕТ-ЭПИТАФИЯ  ХХ веку

Жизнь зависела от пустяка:
От любви, от глотка молока...
Только не было в мире любви,
И совсем не доились коровы,
И законы житья меж людьми
«Жить? – Не жить?» были очень суровы.
На врагов и, увы, не врагов
Разделившись, трясясь от испуга,
Торопясь, кто скорее кого? –
Убивали людишки друг друга,
Повторяя: «Не дрогнет рука!»...
Век прошёл. Все убийцы – на воле.
В магазинах полно молока,
И любовь изучается в школе.

СОНЕТ ПРО ЗАПАД И ВОСТОК

Так хорошо на белом свете! –
Что вновь внушает мне Восток
Недоуменье перед смертью
И вдохновения восторг...
Так плохо, что мрачнеет Запад
И, вдохновенью вопреки,
Сгущается смертельный запах
В тумане около реки...
Так – Ах! – что молнии сверкают...
И громы оглашают лес...
И вновь орешник полыхает...
И дроны падают с небес...
Горят леса и небеса...
Земля меняет полюса...

Николай ЕРЁМИН Апрель 2026 г КрасноАдск-КрасноРайскКрасноЯрск

 

Сергей АРУТЮНОВ
Альманах Миражистов
 
 
 НЕЩИТОВАЯ ДРАПА

ИЗ НОВОЙ КНИГИ СТИХОТВОРЕНИЙ.
***
Откуда б эта трепетность оленья
Средь воровской хулы и бардака,
Когда жара, и нет ей утоленья
По самые земные потроха,

Я дни свои меж пальцами просею
Песочным прахом эврик и энигм:
Всему свой срок, и камню, и растенью,
И мне проложен путь, куда и им.

Подвластный зову оста или зюйда,
Я с каждой милей узнавать готов,
Что в целом свете нет путей отсюда,
Сезонных, будто заготовка дров,

Но вересень выходит из-за серпня,
И дали молкнут, мглой оскорблены,
И что мне свет, в котором нет спасенья,
И дрожь, пришедшая из глубины.


***
С каких неведомых широт
Нас ни тревожь рекламный спаммер,
Отсюда кажется, что фронт
Стабилизировался, замер,

Но в том-то, в общем, и затык,
Что, заплутавшие в аллеях,
Мы тени павших, отсвет их,
И плоскостопец, и аллергик,

И те, кто воют и визжат,
И те, кто служат без увёрток,
И уклонист, и уезжант -
Подобья раненых и мёртвых.

Им не уйти от плеска струй,
Когда с небес внезапна влага
И бестолковый рукосуй
Пророчит с крышки саркофага

Преодоленье братских свар,
И льётся песня, воровата,
Немыслима, как динозавр
В цеху горящего проката.

***
В августе время, как за диван диплом,
Падает, лишь слегка ободрав обои –
Знаешь, и классно. Знаешь, и поделом,
Как там у римлян - йови нон лицет бови?

Чёрный бутон, шлифованная плита –
Всем нам цена, ступившим на первопуток –
Эта победа выкосит или та,
Что прописавшимся в поле газетных уток.

Где ж вы теперь, навидавшиеся европ
Данники воли, что в небесах свободна,
Шестидесятые: колкости под бибоп,
Трели то синтезатора, то саксофона?

Яма да ящик – вот перед чем равны,
Родине-матери вверили мы, двуликой,
Послевоенный мир, то есть, мир войны:
Если коктейль, то с трубочкой и оливкой.

Толку теперь испрашивать, как дела,
Вместе со всем ученьем или уменьем,
Если встаёт рассвета Гаргантюа
Над испитым закатом-Пантагрюэлем.

***
Ещё не сломлен я и не иссох,
И потому спасён от одряхлений,
Что даль была мне Церковью. Восторг
Владел тогда душой моей трёхлетней.

И если головы я не клоню,
Как руганью ты ствол мне ни коверкай,
И если не иссох я на корню,
Той безоглядной в будущее верой.

***
Наговорив на три статьи
Той правды, что всегда конкретна,
Подумаешь – какого хрена,
Когда две трети позади,

Вся эта даль обретена
Такой невероятной близью,
И пользует походку лисью
Оставшаяся треть одна,

И, будто перегар спиртной,
Бежит след в след, не отставая,
Забвенья кукла ростовая,
Когда две трети за спиной,

И меркнут прежние грехи,
И даже шея не зажата,
Когда заблещет из ландшафта
Последний поворот реки.

***
Протокол испытаний изделия семь ноль два:
Микросколы брони до нескольких миллиметров.
На термический шок реакция – синева.
Заморозка: пигмент бледнеет, почти померкнув.

Скорострельность – норма. Коррозия трёх стволов
Устранялась при помощи штатного абразива.
Отмечалось, что стенки кожухов измолов,
Ходовая трансмиссия сделалась некрасива.

Отклоненья заметны лишь при стрельбе в упор.
При калибрах среднем и даже слегка крупнее
Образец показал выносливость: ловок, бодр,
Сумма пройденных тестов передана на храненье.

Заключенье комиссии: годен вернуться в строй.
По нагрузкам пометка: при максимальной самой
Из-под верхней цапфы, особенно из пустой,
Испускаются трели, пугающе схожие с «мамой».

***
Известно из источников открытых,
Что суть греха вполне антропоморфна,
И потому не смилуется рынок,
Безжалостный, как дух его Мамона.

Ещё не били струи Иппокрены,
Когда усвоил загребущий «бизнес»,
Что для торговли дураки потребны,
И это значит, надо оглупить нас.

Ни стыд не сжёг, ни гордость не заела
Владетельствавшего анацефала,
Когда Россия, как Венесуэла,
Для нужд партнёров нефтью фарцовала,

И, переехав колесом вальцовым,
Нас век ломал, и сделались безвидны,
И каждый баррель хохотал в лицо нам,
А если оборачивались – в спины.

***

Я понял бы сознаньем полудетским,
Кто скуп на излияния, кто падок,
Но споры прекратил, поскольку не с кем,
И не о чем, и незачем вдобавок.

Отслеживая поутру в каналах
И ложь, и бред в разводах сернокислых,
Один к ним только подберёшь аналог –
Мимические спазмы синхронисток,

А там, где речь и всплеск, и обвиненье,
В единственном ещё не разуверен,
Что из окопов небеса виднее,
Чем с небоскребов или из кофеен,

И не забавы ради, и не игр для
Предтечи, в изографии подробны,
Младенцам пририсовывали крылья,
А грузным дамам облачные троны,

Но мало кто поверил щедрым жестам,
И возвращался зов, едва окликнув,
И от кровавых лет несло блаженством
Стиранья данных из любых архивов.


***
Неважно, виноват, не виноват,
В ошибках, срывах сам себя вини –
Не будет никаких девятых врат,
А только эти, первые, одни.

И чтоб ты понял, как ты здесь возник –
Впускают створки облачный конвой,
И души павших тянутся сквозь них
На день девятый, день сороковой,

И знай тогда, что тянутся к огню,
Отбывшие по сроку в штрафниках.
…Я ни к чему, по сути, не клоню,
А просто объясняю, что и как.

***

Поверят ли охраннику со стажем,
Что был и он когда-то человеком,
Такие нестроения заставшим,
Что отдано им больше, чем объектам,

Не ведаю, поскольку мало вводных,
И даже для друзей его пугливых
Рыбалка – первое; туризм и отдых,
Красотки с бугаями в порно-клипах…

Бегут часы, на вахтах истекая:
Коттеджи-жёны-дети-лимузины,
Не мы такие, скажут, жизнь такая,
И мы в ней слишком грузны и массивны

Для Откровенья – что нам откровенья,
Когда с увечьем легче, чем в ученье,
И мимо нас отслужена обедня,
И как-то слишком долог звон к вечерне,

И это же не мы на тех эстампах,
На льстивых и немых полотнах ваших,
И все никто среди таких же самых
На первенство и не претендовавших.

АЛЕКСАНДРУ ОРЛОВУ

Который год я удивляюсь им,
От первых альф дошедшим лишь до сигм,
Исполнившим с фонетикой дуэт,
Как будто дальше алфавита нет,

Но знаю я – перстом великим ткан,
Безбрежных звуков тайный океан,
Господней дланью вымерен до йот,
Ночной порой уснуть нам не даёт,

А эти, что неведение длят -
Что им сплетенья эпсилонов, лямбд?
Что мы, которых Сущий ликом вверг
В бесчисленные радуги омег.

***
Не мы, так дети отомстят
За нас, измученных и жалких,
За то, что образ наш изъят
Из шляп у нищих попрошаек,

За то, что жизнь едва текла,
Замурзанная, как телага,
От закусивших удила,
Уложенных в три кадиллака,

Кутит чиновный баловник,
И нет ему пути десертней,
А нам подальше бы от них,
И милостей, и притеснений,

Чтоб, к небу морды обратив,
Затихла бы собачья свора,
И снег, задумчив и правдив,
Развалины скрывал от взора.

***
Это блажь, браток, пробиваться к раке,
Потому что малый в трёхцветном фраке,
Изначально, видимо, камуфляжном,
Указал повзводно нам, как мы ляжем,

И легли, и ночь показалась долгой,
Ямщики мы будто, кричал нам «трогай»,
Угрожая барщиной и оброком
Господин какой-то в пальто коротком...

Где прожарка, стрижка, затем парная,
Ты постой, браток, пред вратами Рая.
Ни порядком частным, ни шумной шоблой
Не пробиться к раке сквозь шмон дешёвый,

Тут одни других стерегут, а те их,
Обобрали так, ни ключей, ни денег,
И трясёт Вселенную, будто сито.
И блатных до кучи, но как без них-то…

***
Поникшая вся, отвернувшись к борщу,
Сказала - уйдешь, на порог не пущу.
Без правого глаза и левой стопы
Вернулся. Пустила. И варит супы.
Г МОСКВА
 
Константин КРОИТОР
Альманах Миражистов







АТМОСФЕРА ПРЕДГРОЗЬЯ
 
*   *   *

Когда атмосфера предгрозья,
как море, встает над Москвой,
ты к воздуху только притронься —
и рухнешь от пены морской.

Но вместо мольбы о пощаде
молись безрассудным богам,
чтоб русские ливни помчали
навстречу афинским быкам,

чтоб с именем новым — Георгий —
в ворота столицы внесли
и славу, и отблеск геройский,
и запах горячей земли.
*   *   *

Асфальт сияет, как наждак,
ещё бурлит, насилу стихнув,
мой город на семи дождях,
мой Рим, мой порт пяти инстинктов.

Вот солнце из-за чердака
сквозь мир протягивает нити.
Есть белизна и чернота
и час вечерний между ними.

Водой и светом обдано
лекало кровельного мрака.
Как много горя одного,
как призрачна другая рамка.

Но между небом и людьми
мне чувства главного не спрятать.
Есть радость мести и любви,
и есть бессмысленная радость.

Как птица глупая всегда
довольна выученной нотой,
так жизнь за правило взята,
и я доволен этой ношей.


*   *   *

Над Москвой ни облачка, ни огрызка,
и дышать не тесно, и жить просторно.
Умереть от счастья — почти открытка,
а герой с оружием без патрона.

Я сижу на набережной Шевченко,
дарят ветры дереву овеванье,
до воды и неба одна ступенька,
ни доски, ни колышка в океане.
 гМосква
 
Эрнест ХЕМИНГУЭЙ
Альманах Миражистов
 

 
Источник:
Литературные известия № 06 (36), 2010

ЭРНЕСТ ХЕМИНГУЭЙ
СТИХОТВОРЕНИЯ

Вместе с юностью

Шкура дикобраза,
Жесткая от плохого дубления, —
Когда-то ей должен был придти конец.
Филин на подставке,
Важный,
Желтоглазый;
Козодой, покрытый пылью,
На согнувшейся ветке.
Стопки старых журналов,
Ящики в столе, полные мальчишеских писем
И любовных стихотворений, —
Когда-то им должен был придти конец.
Вчерашняя "Трибьюн" ушла
Вместе с юностью
И тем каноэ, что разбилось на берегу
В год великой грозы,
Когда отель сгорел
В Сени, штат Мичиган.

Мне нравятся американцы

Написано Иностранцем

Мне нравятся американцы.
Они совсем не похожи на канадцев.
Не принимают своих полицейских всерьез.
Приезжают в Монреаль, чтобы выпить,
А не для того, чтобы покритиковать.
Утверждают, что выиграли войну.
Хотя в глубине души знают, что войну они не выиграли.
С уважением относятся к англичанам.
Любят жить заграницей.
Не хвастают тем, что принимают ванны.
Но принимают их.
У американцев хорошие зубы.
И они носят белье B.V.D. круглый год.
Надеюсь, они этим не хвастают.
Их военно-морской флот по мощи занимает второе место в мире.
Но они никогда не говорят о нём.
Им хотелось бы видеть президентом Генри Форда.
Но они его не выберут.
Они вывели на чистую воду Билла Брайана.
Они устали от Билли Сандея.
Мужчины у них носят такие забавные стрижки.
Они стараются оседлать Европу.
Однажды им это уже удалось.
Они создали Барни Гугла, Матта и Джеффа.
И Джиггса.
Они не вешают тех, кто убивает женщин.
Они выводят их в водевилях.
Они читают "Сатердей Ивнинг Пост"
И верят в Санта Клауса.
Когда они делают деньги,
Они делают очень много денег.
Прекрасные люди.

Мне нравятся канадцы

Написано Иностранцем

Мне нравятся канадцы.
Они совсем не похожи на американцев.
У них нет таких вонючих сигарет.
Шляпы на них сидят.
Они и вправду верят, что выиграли войну.
Они не верят в Литературу.
Они думают, что значение Искусства преувеличено.
Но они здорово катаются на коньках.
Некоторые из них очень богаты.
Но богатые там покупают больше лошадей,
Чем автомобилей.
Торонто называют в Чикаго пуританским городом.
Но и боксерские поединки, и скачки в Чикаго
Под запретом.
Никто там не работает по воскресеньям.
Никто.
Но я не сержусь на них.
Есть только один Вудбайн.
А вы были когда-нибудь на Блю Боннетс?
Если вы задавите кого-нибудь в Онтарио,
Вас отправят в тюрьму.
Поэтому там никого не давят.
Более 500 человек погибло под колесами
В Чикаго
За этот год.
Нелегко разбогатеть в Канаде.
Но там легко делать деньги.
Слишком много чайных комнат.
Зато ни одного кабаре.
Если вы дадите официанту четверть доллара,
Он скажет "Спасибо".
Вместо того чтобы позвать вышибалу.
Женщинам там нередко приходится стоять в трамваях.
Даже если они хорошенькие.
Все торопятся попасть домой к ужину
И своим радиоприемникам.
Прекрасные люди.
Мне они нравятся.

Перевел Владимир ЕРМОЛАЕВ

Ernest Hemingway. Along with Youth

A porcupine skin,
Stiff with bad tanning,
It must have ended somewhere.
Stuffed horned owl
Pompous
Yellow eyed;
Chuck-wills-widow on a biassed twig
Sooted with dust.
Piles of old magazines,
Drawers of boy's letters
And the line of love
They must have ended somewhere.
Yesterday's Tribune is gone
Along with youth
And the canoe that went to pieces on the beach
The year of the big storm
When the hotel burned down
At Seney, Michigan.

Ernest Hemingway. I Like Americans (By A Foreigner)

I like Americans.
They are so unlike Canadians.
They do not take their policemen seriously.
They come to Montreal to drink.
Not to criticize.
They claim they won the war.
But they know at heart that they didn't.
They have such respect for Englishmen.
They like to live abroad.
They do not brag about how they take baths.
But they take them.
Their teeth are so good.
And they wear B.V.D.'s all the year round.
I wish they didn't brag about it.
They have the second best navy in the world.
But they never mention it.
They would like to have Henry Ford for president.
But they will not elect him.
They saw through Bill Bryan.
They have gotten tired of Billy Sunday.
Their men have such funny hair cuts.
They are hard to suck in on Europe.
They have been there once.
They produced Barney Google, Mutt and Jeff.
And Jiggs.
They do not hang lady murderers.
They put them in vaudeville.
They read the Saturday Evening Post
And believe in Santa Claus.
When they make money
They make a lot of money.
They are fine people.

Ernest Hemingway. I Like Canadians (By A Foreigner)

I like Canadians.
They are so unlike Americans.
They go home at night.
Their cigarets don't smell bad.
Their hats fit.
They really believe that they won the war.
They don't believe in Literature.
They think Art has been exaggerated.
But they are wonderful on ice skates.
A few of them are very rich.
But when they are rich they buy more horses
Than motor cars.
Chicago calls Toronto a puritan town.
But both boxing and horse-racing are illegal
In Chicago.
Nobody works on Sunday.
Nobody.
That doesn't make me mad.
There is only one Woodbine.
But were you ever at Blue Bonnets?
If you kill somebody with a motor car in Ontario
You are liable to go to jail.
So it isn't done.
There have been over 500 people killed by motor cars
In Chicago
So far this year.
It is hard to get rich in Canada.
But it is easy to make money.
There are too many tea rooms.
But, then, there are no cabarets.
If you tip a waiter a quarter
He says "Thank you."
Instead of calling the bouncer.
They let women stand up in the street cars.
Even if they are good-looking.
They are all in a hurry to get home to supper
And their radio sets.
They are a fine people.
I like them.

Эрнест Хемингуэй (1899–1961) — американский писатель, поэт, лауреат Пулитцеровской (1953) и Нобелевской (1954) премий; стихотворения сочинял лишь в ранний период своего творчества (в начале 1920-х годов); известно около двадцати его стихотворений. Тексты для перевода взяты на сайте www.shadowpoetry.com. Подборку стихов Э. Хемингуэя дана  в переводах Владимира Ермолаева
 

ССЫЛКИ НА АЛЬМАНАХИ ДООСОВ И МИРАЖИСТОВ
Читайте в цвете на старом ЛИТСОВЕТЕ!
Пощёчина Общественной Безвкусице 182 Kb Сборник Быль
ПОЩЁЧИНА ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗВКУСИЦЕ ЛИТЕРАТУРНАЯ СЕНСАЦИЯ
 из Красноярска! Вышла в свет «ПОЩЁЧИНА ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗВКУСИЦЕ»
 Сто лет спустя после «Пощёчины общественному вкусу»! Группа «ДООС» и «МИРАЖИСТЫ»
под одной обложкой. Константин КЕДРОВ, Николай ЕРЁМИН, Марина САВВИНЫХ
, Евгений МАМОНТОВ,Елена КАЦЮБА, Маргарита АЛЬ, Ольга ГУЛЯЕВА. Читайте в библиотеках Москвы,
 Санкт-Петербурга, Красноярска! Спрашивайте у авторов!
06.09.15 07:07

45-тка ВАМ new
КАЙФ new
КАЙФ в русском ПЕН центре https://penrus.ru/2020/01/17/literaturnoe-sobytie/
СОЛО на РОЯЛЕ
СОЛО НА РЕИНКАРНАЦИЯ
Форма: КОЛОБОК-ВАМ
Внуки Ра
Любящие Ерёмина, ВАМ
Форма: Очерк ТАЙМ-АУТ

КРУТНЯК
СЕМЕРИНКА -ВАМ
АВЕРС и РЕВЕРС

ТОЧКИ над Ё
ЗЕЛО
РОГ ИЗОБИЛИЯ  БОМОНД

ВНЕ КОНКУРСОВ И КОНКУРЕНЦИЙ


КаТаВаСиЯ

КАСТРЮЛЯ и ЗВЕЗДА, или АМФОРА НОВОГО СМЫСЛА  ЛАУРЕАТЫ ЕРЁМИНСКОЙ ПРЕМИИ


СИБИРСКАЯ

СЧАСТЛИВАЯ


АЛЬМАНАХ ЕБЖ "Если Буду Жив"

5-й УГОЛ 4-го


Альманах Миражистов  чУдное эхо
В ЖЖ https://nik-eremin.livejournal.com/686170.html?newpost=1
На сьтихи.ру
http://stihi.ru/2025/09/14/843



 
               

 
                Альманах Миражисто
                !ЁмоЁ!

                СОДЕРЖАНИЕ
Константин КЕДРОВ-ЧЕЛИЩЕВ, Николай ЕРЁМИН, Сергей АРУТЮНОВ, Константин КРОИТОР,  Эрнест ХЕМИНГУЭЙ




Альманах Миражистов

КрасноярсК
2026
 
              Автор бренда МИРАЖИСТЫ
Николай Николаевич Ерёмин - составитель альманаха  Красноярск,
                телефон 8 950 401 301 7  nikolaier@mail.ru
    Альманах Миражистов
               !ЁмоЁ!