Исповедь

ИСПОВЕДЬ
5-й рассказ из серии – «Судьбы»

На излучине реки Дон, у самого хутора Мелиховка сидела компания и ловила рыбу удочками. В состав компании входили – лысый дед Мартын, пепельный кот Марат, и рыжий пёс Давид. Дед когда то увлекался французской революцией, поэтому и назвал своих подопечных именем революционеров. Был грамотный дед. И не только грамотным, но и занимал кой какие посты, в кой какие времена. И даже очень не простые. Но ... в разное времена – разные. И высокие и не очень, но важные для определённого отрезка времени. – А выжил! – Жилистый дед!.. Дотянул до старости. Подчинённые у него тоже были, но выжили не все. Вернее ... никто не выжил. Обстоятельства ... А он вот ловит рыбу ... Сейчас под его началом только кот и пёс. Но под его … началом! – Компания располагалась так. – Если слева направо, когда смотреть со спины: то ведро для пойманной рыбы, сам дед с огромной блестящей лысиной и редкими, но длинными до самых плеч патлами, рядом возле правой руки Марат, а возле Марата Давид. Компания, не моргая глазом, следила за двумя поплавками двух удочек.
Чуть поплавок вздрогнет, он тут же передаёт свою дрожь коту Марату. Кот еле слышно произносит: «Мяу», пёс чуть слышно ему подвывает, дед как скала – не шелохнётся. Мгновение и всё успокаивается, на зеркале воды ни морщинки. Однако подопечные передавали старому рыбаку сигнал: «Не зевай»!
Если попадалась мелкая рыбёшка, дед снимал её с крючка, бросал рядом и говорил: «Ваша»! Начиналась «потеха». Побеждал кот. Лишь, на четвёртой мелюзге, кот отогнав пса, нюхал её и ... отворачивался. Вроде говорил – «Не мой сорт»! Давид подходил к бьющейся рыбке, нюхал и тоже отворачивался, и тоже молчаним говорил – «Это не мясо ...». Тогда дед подбирал рыбку и выбрасывал в Дон, приговаривая: «Расти»!
Сидели до тех пор, пока на крючок не попадался лещ хотя бы грамм на восемьсот.
Помаявшись часа два, два с полтиной, они шли домой усталые, но довольные.
Во дворе пёс подбегал к своей мыске у будки, там уже была его еда. Кот приходил с рыбалки не голодным. Деду же невестка наливала миску наваристого борща, как бы в благодарность за пойменную рыбку. Но она наливала и без рыбы. – Человечная невестка.
Часа через два, когда Солнце уже доходило до верхушки тополей, но ещё обещало повисеть пару часов на небосводе, компания шла к прошлогоднему стогу сена, что маячил во дворе, и располагалась до самых сумерек. Дед вынимал из под сена свою заначку. В заначке – кой какой инструмент, одна сопилка уже готовая, а вторая полуфабрикатом. Дней через пять дед её домастерит.
Дед брал готовую и проигрывал на ней только ему понятную мелодию из высоких и низких звуков. Хотя, если отдать справедливость – сопилка не могла воспроизвести ни слишком высоких, ни слишком низких. Её возможности начинались и заканчивались, где - то на средине третей октавы … то ли на первой, то ли на второй средине. Нужно быть хорошим музыкантом, чтоб сыграть на ней вещь. Тем она и была ценная.
После пробной игры дед спрашивал у своей компании: «Ну как?». – Компания хранила гробовое молчание. Это и было проявлением высшей похвалы, и за мастерство изготовления музыкального инструмента, и за мастерство игры на уже готовом.
– Так вот – как бы продолжал дед когда-то прерванный рассказ. Кот при этом залазил к нему на колени, а пёс клал голову на сено и закрывал глаза. Они продолжали слушать. Дед ещё раз повторил «так вот», чтоб убедиться, что всё внимание сейчас к его рассказам и продолжил. –
– Дело было в тридцать седьмом году текущего века. Бурный год! Я был тогда только что созревший молодой адепт Советской власти, полностью разделяющий её идеи, чаяния и действия. А чтобы эти чаяния воплотить в жизнь, должен был доказать делом, что я в доску свой, в доску их ... и никаких посторонних мнений! А доказывания какие?! – Только действием! – Если удалось доказать , то ты уже в обойме своеобразного, можно так сказать, конкретно действующего автомата! Неизвестно кем лично созданного ... но грозного и мгновенно действующего. Главное – никаких вопросов! Главное – приказ и действие! За остальное отвечают другие люди, если они еще не выскочили из обоймы ...
С обоймы не выскочишь живьём! Только за такую попытку –  каюк! На первой же попытке! И не только тебе, как  рядовому члену обоймы. Но и тем, кто встроил в обойму, не испытав тебя до конца. Кувыркались и те, кто добирался повыше. Даже совсем высоко! Все – кто тебя зарядил в обойму. – Система! Тотальная перекрёстная проверка на вшивость! Правая рука следила за левой ...
Однако, друзья мои – обратился он к коту и псу и  погладил обоих, чтоб не уснули. – Деду нужно высказаться! Нужно сбросить из себя старую тесную и вшивую рубашку и, может быть, пока есть время, одеть другую … почище, пусть и дырявую, но без прежнего налёта! …
И так, друзья мои, я обладал природным умом и понял, если я ничего не могу изменить, то нужно измениться самому –  вписаться в систему, и быть на столько гибким, чтобы, как бы не изгибали, как бы не гнуться, лишь бы не сломаться! И я там где нужно изгибался как мог, по предписанным негласно лекалам. Приспосабливался. Как всё в этом мире! – Мы же приспособленцы!
Ведь посмотрите. Возьмём древность. Жили на нашей планете и огромные динозавры, и маленькие скорпионы. Наука говорит, что жили одновременно. Поменялись условия жизни на Земле. – Скорпионы приспосабливались, выжили, и сейчас кусаются – попробуй подойти к ним … А гордые огромные динозавры – где они?! – То-то! Нужно умело приспосабливаться. Вот я и приспосабливался. Кто осудит?! – Я ж, чтобы выжить – как скорпион! Значит и был по натуре скорпионом!
Для того чтоб втереться в доверие к новой власти нужно найти врага народа и безжалостно разоблачить его, даже если он друг твой! Никакого значения не имеет! В этом случае – лишь больше доверия! … – Пёс Давид на этом месте чуть завыл. Дед ударил его по холке и сказал: «Ну чего ты воешь?! – Не я один был такой! – Многие»! – Слушайте дальше.
Вот например физика! : «Чтобы было движение вперёд, нужно чтоб на одном конце было напряжение! Если его нет – создать искусственно, иначе так и не сдвинешься с места»!
А если применить к нашему делу, то – если ты не видишь врагов Советской власти, то нужно их создать. Чтоб было напряжение! Чтобы всё тряслось! Чтобы было  движение. Посмотри хоть через увеличительное стекло! Но найти их!.. Врагов народа! Иначе каюк! – И уже тебе каюк – не кому то! – Стражу её законов, законов этой новой власти! … Но если б только тебе, а то ж всей системе! Потому – если их нет этих чёртовых врагов, то на кой чёрт сам ты нужен? И вся система на кой чёрт нужна! Иначе кого обезвреживать?! Кого арестовывать, кого сажать в каталажку и этого вот … расстреливать? Кого … спрашивается?..  Видите, создаётся безвыходное положение! Значит нужно искать выход! И здесь, хоть умри, а врага народа дай! Иначе профессиональная непригодность гарантированная! А уйдя, даже по профнепригодности из системы, зная её законы – ты уже и сам делаешься врагом народа! Так что прошу прощения – мы тут не при чём.
Мне найти врага народа было проще пареной репы! Был у меня враг! Ещё та вражина!
Моя покойная жена, царство ей небесное … предпочла вместо меня, моего друга Витьку Пучеглазого. Пучеглазый – это фамилия. Представляете – предпочла Витьку с такой фамилией?! Здесь и к гадалке не ходи – естественно он стал моим врагом. Куда дальше ходить? Кого дальше искать? Он вот! Как говорится – на ладони. Искать не нужно – только сожми ладонь, сожми её в кулак ... и он здесь!
Я к этому времени пообтёрся, познакомился с однодумцами, усёк нужные технологии. О технологиях громко не говорили … Так … намёками. Ум есть – сообразишь. Оказывается были у нас и прокатные листовки, как будь то бы привезённые из самой Мексики. Или во вражеских местных подпольных типографиях напечатанные. Но не дай Бог сказать, что они прокатные – перейдёшь в самые злейшие враги народа! – Пиф - пах! – и поминай как звали!
Технология простая. Не нужно даже их подбрасывать. Делаешь обыск, вынимаешь из своего кармана и говоришь, что нашёл под матрасом. Вот и всё!
 Чем больше он клянётся, что такие бумаги видит впервые, тем яснее, что он выкручивается как подлая вражина. Как меченая вша! Он наш! Что будет с ним потом – не наше дело! Есть Фемида, есть праведный суд! Пусть разбираются!
И так, моя желанная Ниночка осталась бе мужа. Кому жаловаться? Где искать правды?! – Конечно первым долгом у его друга, то есть – у меня. Я такой реакции и ждал. Упрекнул её, что связалась с врагом народа, посулил, что попробую разобраться. А так - как это уже была сделка, то попросил аванс. Деваться ей некуда, то в  моём кабинете она и авансировала меня … и не один раз.
Судила его тройка. Там приговор один, зачем копаться в кодексе. Жена его поплакала, но чтоб не пойти за своим мужем дуплетом, она согласилась стать моей женой. Таким образом я был отомщён и заодно защитил Советскую власть от враждебного элемента.
К сожалению она скоро скончалась. Заболела неизвестной науке болезнью.
Потом был я директором небольшой метизной фабрики, в основном делающей гвозди, как главный крепёж Советской власти. Потом директор маслозавода! Я же старого директора и разоблачил, чтоб самому стать  его директором, не уходя из ЧК. А потом война. Там уже мой статус особый. Расскажу при случае. Мне исповедь нужна как воздух. Иначе, как дальше жить - то?.. Как?.. А перед кем исповедоваться, чтоб не распяли?.. Только перед вами ...
Невестка позвала кушать жаренную рыбу.
Кот и пёс остались на сене слушать августовскую песнь сверчков и другие завораживающие мелодии донских летних ночей. Не похоже, что они ждали следующего дня, чтоб выслушать покаяние старого деда … но пойдут ловить рыбу с удовольствием … А там видно будет ...