Глава 12

     После общения с коллегами я пошёл в раздевалку. Переодевшись, я собрал свои вещи, лётную форму, чтобы постирать, и с сумкой вышел на улицу. Затем я пошёл на остановку. Пока ждал автобус, позвонил Стас и пригласил на завтрашний ужин и общение.
     На следующий день, в пятницу вечером, я поехал к моему другу в район Северо-Востока. Автобус довёз меня до остановки и я вышел. Найдя нужный дом, я вошёл в подъезд. Поднявшись на третий этаж, я нашёл дверь и нажал на кнопку звонка.
– А, это ты, Серёнька, заходи! – приветливым голосом произнёс Стас, открыв мне дверь.
– Мир дому сему, – улыбнувшись, произнёс я и прошёл в квартиру. Стас закрыл за мной дверь.
– Раздевайся, проходи. Как раз ужин готов. Мы с Дашей полдня потели, готовили.
– Да я уже слышу, – улыбнулся я. – По всей лестничной площадке запах.
     Сняв верхнюю одежду и переобувшись, я прошёл в гостиную.
– Здравствуй Сергей, – поздоровалась с мной супруга моего друга.
– Здравствуй, – ответил я. – Какой аромат! Жаркое из курицы?
– Угадал.
– Помню ещё запах блюд, – произнёс я, вспоминая прошлое.
– Да, этот запах ни с чем не спутаешь, – произнёс Станислав.
– Это точно, – согласился я и спросил. – Как вы? Как ваши дела со старой квартирой?
– Отлично. Уже нашёлся покупатель.
– Вот как? Быстро же…
– Да. Им понадобилась срочно однушка, а тут как раз наше объявление им подвернулось. И по нормальной цене. Завтра едем к юристу оформлять документы.
– А вы когда объявление-то разместили?
– В октябре. И вот, буквально на днях, жене позвонили и попросили показать.
– Люди-то приличные? Ну, в смысле, нормальные? – поинтересовался я.
– Нормальные, – улыбнулся Стас. – Молодая пара.
– Понятно. Пусть Бог тогда благословит вашу сделку, чтоб всё было законно и безопасно.
– Спасибо, брат.
     Пока Даша доводила жаркое до готовности, я спросил у Стаса:
– А ты всё также, на самосвале работаешь?
– Да. Сейчас вот новую машину получил, со спальником. Из Китая. Очень удобно, кстати. Особенно зимой: лежишь и греешься, отдыхаешь между рейсами.
– И как работается?
– Хорошо. Сейчас вот пурги опять начались, так мы целыми днями по городу колесим, снег вывозим тоннами. Вчера пурга была, помнишь?
– Ещё бы, не помнить.
– Так мало того, что мы с гаражей не смогли выехать, так ещё и снег толком не вывезли — все дороги занесло. Несколько самосвалов застряло, не успев доехать до места погрузки.
– А-а-а, так вот из-за кого я не смог дверь открыть в подъезде и вовремя вылететь! – в шутку произнёс я.
– Да я вообще, как с территории ЖКХ выехал, застрял через пару метров, – продолжил Стас, – хорошо за мной два самосвала шло — подцепили трос, дёрнули. А когда дальше поехали, через полкилометра все три и застряли.
– Ничего себе! Борьба со стихией, продолжение.
– Пришлось вызывать ближайший трактор, чтобы раскопал нас.
     Сделав паузу, Стас добавил:
– Но знаешь, несмотря на эти снежные неприятности, я обратил внимание на то, как всё-таки красиво, когда много снега. Как легко он ложится на землю и покрывает её, словно одеялом. Как здорово, что наш Творец создал такое прекрасное время года.
     Я улыбнулся и произнес:
– Ты знаешь, Стас, я ведь тоже люблю зиму. Особенно нравится в снежный лес на лыжах войти, по сугробам и слушать тишину зимнего леса и скрип снега. Правда, вчера зима предстала не с лучшей стороны. Нам с Валерой пришлось ждать, пока подъезды и дороги откопают. И вместо восьми, мы вылетели в двенадцать по другому маршруту. Но зато было время посидеть, чаю попить, Библию почитать.
– Иногда даже из неприятности можно найти что-то положительное. А куда потом полетел-то?
– В Черемшанку, в районе Дальнего. Из-за непогоды, к ним замело единственную дорогу. А там больной трёхмесячный ребёнок, с горлом что-то. И когда мы назад полетели, нас чуть не сдуло. Кое-как приземлились. Левое шасси сломали и нижнее крыло погнули. Верхнее вроде цело.
– Нижнее, верхнее… это как?! – не понял Стас.
– У биплана два крыла: верхнее и нижнее, – с этими словами я показал фотокарточку, где я в командирской форме, стою у Ан-2, опёршись о лопасть винта и глядя куда-то вдаль.
– А, понятно. Но хоть все живы?
– Всё в порядке, ребёнка и его маму вовремя доставили в областную больницу. Создатель помог.
– Да, слава нашему Отцу Небесному.
     Потом Стас спросил меня:
– А как там ваше расследование? Всё нормально?
     Я улыбнулся и спросил в ответ:
– Какое расследование?
– Ну ты вчера говорил, что вас проверять будут.
– А, это. Да не будет никакого расследования. Нас просто проверят, всё ли мы правильно сделали по инструкции, и всё. Артемьев, как всегда, много шуму из ничего сделал. Если честно, меня эта черта его характера жутко раздражает. И не только меня. Хотя, наверное, это свойственно всем начальникам.
– Понимаю. У меня на работе также, порой вызовет к себе начальница и говорит: «Стасик, а ты чего это в рейс с утра не вышел?». А ей говорю:«Во-первых не “Стасик”, а Станислав Сергеевич, а во-вторых, почему мне до сих пор запчасти не подвезли, сколько мне ещё ждать? Я на неисправной машине выехать не имею права».
– Нормально! Это чего она тебя так называет?
– А она всех зовёт. Но я не позволяю.
– И что она тебе потом сказала?
– Сказала, мол, ну надо как-то выехать, люди ждут. Ага, конечно. А где ж я важную запчасть возьму? А запчасти, которые мне две недели обещают привезти?
– Сильно потом кричала?
– Да нет. Просто, её длинные речи порой хуже крика. И всё одно: надо, надо… Я не спорю, надо. Но нужно, требуя от других, не забывать и свои обязательства.
– Слушай, ну у тебя прям как у меня, – произнёс я. – Тоже проблемы с запчастями, только авиационными. И такое же непонятное руководство.
     Затем я добавил:
– Люди-люди… Столько лет прошло, а они всё пытаются без Бога решить глобальные проблемы. Но при этом, даже в мелочах не могут нормально всё разрулить. Несовершенство, что тут скажешь…
– Что поделаешь, коли такие начальники попадаются, – произнёс Стас и сказал. – Ладно, что за них говорить? Нам главное над своим характером работать и не спешить осуждать других, пытаясь вынуть у них сучок из глаза (Матфея 7:1-5).
– Согласен. Но иногда терпеть такое отношение просто невыносимо.
– Ты знаешь, я тоже иногда испытываю подобное состояние. Но когда я стал меньше думать об этих негативных моментах, стал больше обращать внимание на позитивное, мне сразу стало легче. Да, это трудно. Но если постоянно в себе держать негатив, то можно впасть в такую депрессию, что без помощи специалиста оттуда не выберешься.
– Это точно, – согласился я.
– Как сказано: «Весёлое сердце – как врачевство, а унылый дух сушит кости» (Притчи 17:22), – сказал друг. – Так что, если чувствуешь в себе уныние, если всё, как говориться, надоело, обратись к Создателю и выскажи ему всё, как есть.
– Именно так я и делаю: изливаю душу перед Ним.
– Вот и правильно. А теперь давай оставим всех этих начальников и пойдём лучше поедим.
– Да, а то уже живот ворчит, мочи нет, – улыбнулся я.
     С этими словами мы встали с дивана и подошли к столу, на котором стояла тарелка с хлебом, солонка с перечницей, а также лежали ложки, вилки и тарелки. Стас прошёл на кухню, чтобы помочь жене. Я направился за ним и предложил свою помощь. Мне дали в руки пачку салфеток и я понёс её на стол. Через некоторое время мы сели обедать.
– Надеюсь, ты не против супа? – спросил Стас.
– Не волнуйся, съем всё, что на столе, – ответил я с улыбкой.
– В таком случае, у нас сегодня борщ, – сказала Даша.
– Отлично.
     Через пару минут мы сели за стол и принялись уплетать за обе щеки.
     Когда мы доедали жаркое, я спросил у своего друга:
– Слушай, я так понимаю ты работаешь в ЖКХ?
– Да. Петропавловское городское благоустройство.
– Ты же вроде говорил в порту работаешь, не?
– Я и в порту работаю. Только я там временно. Шабашка, проще говоря. И машина немного другая, чтобы железный хлам вывозить.
– А, понятно.
     Затем я добавил:
– Ты знаешь, я в детстве тоже мечтал водить большие машины.
– Правда? – спросил Стас.
– Да. Но тяга к авиации пересилила желание стать водителем.
– А ты сейчас на местных линиях летаешь? – спросила Даша.
– Да. В “Камчатском объединенном авиаотряде”. Официально, это название авиакомпании.
– По сути авиаотряд это и есть авиакомпания?
– Можно так сказать.
     Затем я спросил:
– Стас, а вы сейчас что-нибудь из духовного изучаете?
– Ты знаешь, мы вчера с Дашей обсуждали книгу Даниила.
– Хорошая книга. Многое объясняет.
– Меня особенно нравится с какой стойкостью три друга Даниила отстаивали свою позицию перед царём в отношении веры (Даниил 3:16-18). – поделилась Даша. – Хоть они не знали, спасёт их Бог, или нет, они вели себя достойно.
– Да, как нам порой не хватает этой стойкости и достоинства в повседневной жизни, – задумчиво произнёс я – Особенно на работе…
– Мне очень понравилось, как они ответили Навуходоносору, я уже не в первый раз обращаю на это внимание, – с этими  словами, Даша открыла Библию на смартфоне и зачитала отрывок из книги Даниила в современном переводе:
– «Седра;х, Миса;х и Авдена;го ответили царю: “О Навуходоно;сор, нам незачем отвечать тебе. Если нас бросят в пылающую печь, то наш Бог, которому мы служим, сможет спасти нас из неё и избавить от твоей руки, царь. Но даже если он не спасёт нас, то знай, царь, что мы не будем служить твоим богам и поклоняться золотой статуе, которую ты установил”».
– И какой потом был результат! – произнёс Стас, когда она прочитала. – Гордый царь-язычник начал прославлять Бога.
– После такого наверное каждый задумался, – предположил я.
– Так что, не будем удивляться, если в нашей жизни приходится проходить через “огненные печи”, – сказала Даша.
– Или через “львиный ров”, – вставил я.
– Может быть люди, видя нашу стойкость, изменят своё мнение о Создателе и о Библии в целом.
– «И познают Истину, и Истина сделает их свободными» (Иоанна 8:32), – сказал я.
– Точно, – согласились друзья и мы продолжили пить чай.
     В конце чаепития, мы прошли в гостиную. Близился вечер. В этот момент, я обратил внимание на гитару висящую на стене.
– О, Стас, ты играешь?
– Пытался – не далось, – ответил он, – но у меня жена неплохо играет.
– Можно песню одну спеть? – попросил я.
– Ты играешь? Давай!
     Я осторожно снял гитару с крюка и, настроив её, произнёс:
– Спою вам одну песню про северных пилотов. Когда я работал в Заполярье, постоянно играл её своим коллегам.
– Хорошо. Мы послушаем.
     И я, перебирая струны “старенькой гитары”, запел:

Кожаные куртки, брошенные в угол,
Тряпкой занавешенное низкое окно.
Бродит за ангарами северная вьюга,
В маленькой гостинице пусто и темно.

Командир со штурманом мотив припомнят старый,
Голову рукою подопрет второй пилот.
Подтянувши струны старенькой гитары,
Следом бортмеханик им тихо подпоет.

Эту песню грустную позабыть пора нам,
Наглухо моторы и сердца зачехлены.
Снова тянет с берега снегом и туманом,
Снова ночь нелетная, даже для Луны.

Лысые романтики, воздушные бродяги!
Наша жизнь – мальчишеские вечные года.
Вы летите по ветру посадочные флаги,
Ты, метеослужба, нам счастье нагадай.

Солнце незакатное и теплый ветер с Веста.
И штурвал послушный в стосковавшихся руках.
Ждите нас невстреченные школьницы – невесты
В маленьких асфальтовых южных городках.

– Какая душевная песня! – произнесла Дарья. – Это ты сочинил?
– Нет, – улыбнулся я. – Юрий Визбор, известный гитарист-певец.
– Здоровская!
– А ты своим на работе играешь? – спросил Стас.
– Ещё как! – ответил я. – Кстати, благодаря этой песне и ещё двум другим, я подружился с двумя командирами на Севере. Вот они-то и вывели меня в первые пилоты.
– Понятно. Слушай, Серёг, давно хотел спросить у тебя одну вещь?
– Какую?
– Ты вот работаешь в такой интересной специальности, у тебя получается совмещать вместе с духовной жизнью?
– Вполне. По-началу я конечно сомневался. Но потом, как-то пришло понимание, а вскоре я совсем влился в колею.
– А бывало так, что в воскресенье был рабочий день?
– Да, несколько раз меня вызывали из выходного. Но, если так подумать, в коммерческой фирме вызывают чаще. К тому же, благодаря современным технологиям, я могу подключиться онлайн к христианской встрече в любом месте, где ловит сеть. Главное — иметь желание.
– Понятно. А вне собрания?
– А вне собрания я общаюсь с людьми, которые встречу на своём пути. Я когда работал в “АвиаНорде”, в Мурманске, так там вообще “лафа” была поначалу. И график вполне приемлемый — воскресенье выходной железно, суббота по необходимости, если только санрейс. Потом, конечно, было тяжеловато, но когда ты набьёшь руку и начнёшь уже на автомате делать одни и те же действия, там, бумаги заполнять, поломки устранять и прочее, станет проще и времени тоже будет больше на личную жизнь.
– Ну, а сейчас как? – поинтересовался Стас.
– Да никак! – улыбнулся я. – Если хотя бы раз в день куда-нибудь слетаем, уже хорошо. С такой погодой, как на Камчатке, особо не полетаешь — было время, когда нас постоянно отпускали пораньше.
– Это наверное, когда циклон был сильный. Мы тогда тоже работали без продыху.
– Да, я помню, – улыбнулся я, вспоминая снежные заносы. – Конечно, уделять духовному надо первое место в своей жизни. Но порой бывает так, что  человек работает неполный день, а духовное у него страдает. А другой человек работает в полноценном графике и всё успевает.
     Сделав паузу, я продолжил:
– Иногда ело не в том, какая у нас работа, а насколько ты силён духовно. Лично мне моя работа очень помогает свидетельствовать людям об Истине — не только словом, но и делом. Собственно, для этого я и пошёл в авиацию, ведь люди более охотно прислушиваются к тому, кто как говорится, с ними на одном уровне — пилот пилота, инженер инженера и так далее.
– Ну да, согласен, мне тоже как-то пришла такая мысль, – сказал Станислав. – И потом, учитывая наше положение в обществе, особо привередничать не стоит. Нужно использовать любую возможность, чтобы помогать людям находить ответы на духовные вопросы.
– Золотые слова, – улыбнулся я и мы продолжили наше общение.
     Это не было празднование смены года — мы просто общались. К тому же, по календарю было тридцатое декабря (2022 года), так что официально мы собрались просто так. Кроме того, Стас с Дашей тоже рассказали много интересных случаев из их совместной жизни, особенно, когда они решили пожениться. Я слушал их и просто радовался за то, что этой молодой паре удалось сохранить свои отношения, несмотря на непростые условия жизни. В какой-то момент, у меня в голове тоже стали возникать определённые мысли, которые до этого я постоянно гнал от себя прочь. Но в этот раз я всерьёз задумался: а правильны ли мои умозаключения? И всё ли в порядке в моей жизни? Как показали дальнейшие события, эта беседа стала для меня одной из ключевых моментов, которые изменили мою жизнь.

*   *   *   *   *