Тень за троном

Он не стоял в сиянии венца,
Не слышал гимнов и оваций зала.
Его удел — безмолвие дворца,
Где роскошь тлен и скука правит балом.

Он — шёпот в гуле праздничных речей,
Он — взгляд, что не задержится на лицах.
Он — мастер неизбежных мелочей:
Кинжал в подушке, яд на дне чернильницы.

Ему не пели славы менестрели,
О нём молчали летописных своды.
Его портреты время не задели —
Лишь серый плащ и маска кукловода.

Он знал язык интриг и тишины,
Читал по венам пульс дворцовых нитей.
Он был щитом, когда летели сны
О деньгах, яде и кинжальных бритвах.

Взгляд был холодный, как морозный ветер,
Голос звучал тихо, шёпотом предательств.
В зале, где тени пляшут на паркете,
Тьма ловко создавала мнимую приятность.

Он знал: его имя не впишут в скрижали,
Короли и державы ему присягали.
Он шепчет — и крошатся троны во прах,
И тонет в крови королевский размах.

Но кто он сам? Без имени, без рода?
Он тень, стоящая за спинкой трона.
В его глазах — желание почёта,
В котором гаснет отблеск небосклона.

Он был не князь, а серый кардинал,
Архитектор невидимой державы.
Он власть свою в тени оберегал,
Чтоб блеск чужой не померк, лукавый.

Он не любил. Любовь — удел живых,
А он был тенью, призраком у власти.
Он был слугой для замыслов чужих,
Хранителем чужого злого счастья.

И в час, когда обрушится дворец,
И рухнет трон под тяжестью порока,
Он просто выйдет. Наконец. Конец.
На волю тень, что вечно одинока.