Скиталец

Я встретил его одной лютой зимой, 
Весна подсказала дорогу. 
В обители смерти, промозглой, гнилой 
Цветы распускаться не могут. 
 
Но он был живым для мертвеющей тьмы 
И жаждал свободы от клетки. 
Ночами он видел столь редкие сны, 
Забыв о пугающей метке. 
 
Она в его сердце зияла дырой, 
Пуская в сознание корни. 
Проклятье закрыло глаза пеленой, 
Стянув навек лентою чёрной. 
 
Скитался он тенью по разным мирам, 
Не видя, но слыша, как люди 
Умеют любить, и ветров скакунам 
Он пел о таинственном чуде. 
 
То чувство людское, что может объять 
Словами и взглядом. То чувство, 
Что в силах другому тепло передать. 
И стало сказителю грустно. 
 
В его хладной груди не бывало тепла, 
Он стука живого не слышал. 
Его сердце не знало любви никогда. 
Ветра вдруг становятся тише. 
 
Они ласково гладят скитальца, а он 
Заходится плачем и воем. 
В глубокой ночи ему видится сон — 
Как будто любви он достоин. 
 
Как будто он жив, будто ноет в груди, 
Болит беспрестанно и бьётся. 
Как будто скитания уже позади — 
И песня верхом разнесётся 
 
На игривых ветрах, заметающих след 
Кочевника с бременем страшным. 
Он в поисках смысла. Он жаждет ответ 
На главный вопрос, что столь важен.