Genius

GENIUS                Samuel Krig               
Part One





Грёбанный  сплетник, некто Брагер, нам вдруг поперек горла встал,
Я посмотрел в свои бумаги, и годы те заштриховал.
Штрихи ложились и на прочих, таких, как Катя «Grateful Dead»,*
Чью живопись ценю я очень, жаль, что ей скоро на тот свет..

Реальность спины изогнула под новый, типа «царский», строй,**
Глаза челканов словно дула, захочешь плакать, встань и вой.
Алекс уволился с Таганки, театр - разломан, как штурвал.*
Однако ж' кайф с худой цыганки никто ловить мне не мешал.

Приехал друг, теперь есть «Suno», чтобы «нетленки» создавать,*
И та, чей взор словно лагуна, та, с кем пленительна кровать.
Вновь, отключив все телефоны, творю в комфортной тишине,
Забыв о лицах на перронах, и перестроенной стране.

Дивен поэзии элитной хрустальный аист в рощах грёз.
Познал я вкус бальзама «Bittner» под аромат пунцовых роз.
Тайский шимейл Wawa - изыск, красив «Rolls-Royce» кабриолет.
Не помню, кто такая Лиза, и что я ей сказал вослед.

Сосредоточенность на личном, без догм их социума - круть.
В порядке паспорт заграничный, к чертям - окраин дальних жуть!
Мне не в чем каяться пред теми, кто жизнь мою хотел сгубить.
Я знаю, это - моё время, меня нельзя остановить!

В минуты разочарований я с полки книгу брал одну,***
И с бонапартовых дерзаний срывал иллюзий пелену.
Ложились ровными рядами на бруствер памяти стихи,
На пальце драгоценный камень гнал прочь «поэтов от сохи».

Былинность древнюю не тронув, в грозной поре отчизны бой
Не вел я с клоунами клонов, гордясь великою судьбой.
Благоухали ночи,/волны/плескались там, где кипарис,
Что близ Мисхора, в неге томной меня хранил как... Арамис.**

Будни трудов сброд не есенил, не подстрекал в безумие впасть.
Я жил легко, как светлый гений, и обходил любую власть.**
Мадам Илоной восхищаясь, я знал, что эта страсть пройдёт.*
Избранных раем наслаждаясь, творил, всё зная наперёд.

Господь меня рукой коснулся в тот ранний час летнего дня,
Где по-битловски я проснулся для всех, кто ждал тогда меня.
То, что творится здесь, в России, хуже чем жизнь в СССР.
Ведь старый строй собой больные всем навязали, как пример.

Высокомерие не обуза, не россиянское ярмо.
Проедусь на авто до шлюза, там где любовницы трюмо.
Что ждёт их? Слово «нищеброды» уж внедрено в русский язык,
Всё это - месть «новой породы», кто стар и слаб, на том - «ярлык».

Вот, потому Фил Эспозито, и Пит Маховлич мне нужны,*
Дабы в ряды антисемитов не затянули чьи-то сны.
Задекорирован щитами на праздники здесь мавзолей,
Вовсю уже здесь топчут память, чтоб людям стало тяжелей.

Наверно всё-таки уеду, подамся в Кёльн, внутри себя,
К чему крестьянской ложкой беды тихо черпать, мечту губя.
Закабалённым кучкой гадов писателю негоже быть.**
Талант нужно спасти от стада, и на Пегасе воспарить!

К чему интеллигенту мысли/посудомойки? - скажем так.
Ведь он с ней охлаждённый рислинг/не пьёт средь сучьих передряг.
С худых и рыжих маромоек порою секса прёт с лихвой,
Но, та «канва» победных коек, не приведёт в отель «Savoy».

Я в трёх соснах не заблудился, вот - мегаполис, всё в нём есть.
Сам всего здесь, in Ro, добился, мне не помеха чья-то лесть.
               
Упрямая тупая баба иной раз хуже медве'дя.                24.04.28  01:05
То, с мести, пёс ей мочит сабо, то брат звонит, сестру судя...**


Второй час ночи, бесовщинка вползает в тёмные дворы...
В лицее сторож был с дубинкой, и вдруг исчез во мрак дыры.
На ветке существо сидело, с крыльями, но не птичий хвост.
Всё это - чья-то оголтелость, где бесы строят злу помост.

За школой на футбольном поле - тьма, и во тьме той - чёрте что.
Лиловы щупальца неволи, и страшен вздох из-под пальто.
Когда-то было всё тут милым, сегодня взгляд чужой колюч.
Собрал последние я силы, и кабинет закрыл на ключ.

Шесть дней вам нужно продержаться, чтобы не тронуться умом,-
Сказала тень, святое братство молчит в шкатулке под столом.
Взглянув туда, где тень стояла, увидел то, что её нет.**
Лёг я, укрылся одеялом, стал ждать спасительный рассвет.

Час тридцать три, час тридцать восемь, час пятьдесят - ушла беда.
Вдруг вспомнил, как в сырую осень, ветер качал тут провода…
Есть план - в нём всё предельно чётко, чертей несложно извести,
Это с них люди мрут от водки, только не мне тот сор мести.

С реформ полно здесь всякой жути, внизу - почти уже фашизм.
Стоит мой «Fender» на распутье, и ждёт аккордов в хипстеризм.
Отринув социум загонов, где чипизация мозгов,
Я вышел там, где нет «маммоны», где мудрость есть вечных снегов.**

Пару звонков всего мне сделать, чтобы сработал хитрый план,
И «Nurofen» съев, между делом, вновь обыграть преступный клан.
Как с механизмом зла бороться? Меж шестерёнок тех топор
Воли стальной вставь, и очнется в душе ромашковый простор!















                24 апреля 2026 Friday
                02:11
                23 апреля 2026 Thursday
                02:12
                20 апеля 2026 Monday
                15:13