Хохол спесившийся холоп

В угаре спеси, в ложном ореоле,
Отрекшийся от корня и родства.
Ты выбрал долю в вытоптанном поле,
Где суррогат — и вера, и слова.
 
Подняв над миром гонор неуемный,
Как стяг из обветшалого холста.
Ты лезешь в рай, но взгляд застыл бездомный,
И за душой — лишь гарь и пустота.

Спесивый лик под барскою опекой,
Где право лаять выдано взаймы.
Ты стал тенями, а не человеком,
В предбанниках заснеженной зимы.
 
Холопский дух, приправленный гордыней,
Блестит в надежде выманить гроши.
И льется яд по выжженной пустыне,
Твоей когда-то родственной души.

Ты метишь в паны, ноги мыв чужим,
Но панский сапог чувствуешь хребтом.
И задыхаясь в мороке и дыме,
Всё делишь мир на «это» и «потом».
 
Кусая руку, что хлеба дарила,
Скулишь у входа в «просвещенный» дом.
Где за спиной твоей — твоя могила,
А впереди — клеймо и чернозем.

Забыты узы, предан отчий берег,
В глазах — стеклянный, выморочный свет.
В плену своих несбывшихся истерик,
Ты ищешь там, где нас в помине нет.
 
Но спесь падет, когда остынет пламя,
И обнажится рабское нутро.
Когда настигнет, надвое ломая,
Судьбы тяжёлое и честное перо.