Все свободны!

Снова осень, вокзал, Комсомольская площадь,
День промозглый и люди с вокзалов текут в никуда.
Я к высотке у Красных ворот пробираюсь на ощупь
И замедляюсь у Каланчёвского тупика.

Здесь снимают кино, здесь беснует Тарковский,
И Маргарита-Мария из переулка летит на меня.
Черно-белые кадры и сердца стук жесткий,
Рерберг с камерой в «Чайке» — из этого вечного дня.

Режиссер недоволен, и Маргарита устала,
И который уж раз пробегает она этот путь.
Но опять он кричит: «Нет эмоций! Начнем всё сначала!»
Группа жаждет эмоций и — просто передохнуть.

Я уже замерзаю, и Каланча тусклым светом объята,
Шарф поправлю и дальше пойду, завершая дневные дела.
Но гремит над Басманным короткое, хриплое: «Снято!»,
Забирая Марию в зеркальный портал навсегда.

В день обыденный московский,
В неуютный и холодный,
Слышу, как кричит Тарковский:
«Всем спасибо! Все свободны!»

В день обыденный московский
Из своих глубин астральных
Шепчет на весь мир Тарковский:
«Все не так… но гениально!»

Шепчет на весь мир Тарковский:
«Все не так… но гениально!»

«Всем спасибо! Все свободны!»