Рассказы яшка

Безногого Яшку знают у нас все. Ох, и здоровый мужик!
С гирей играется, как с мячиком, да что гиря — на даче ба
дью с раствором одной рукой на леса подавал! А, что без но
ги, так, то — на работе! Что у них там за работа такая, что
плиты на людей падают?
Говорят — приподнял он её, человека спас, а себе на ногу
уронил — не удержал. Пошло заражение — ногу отняли ни
же колена. Так он приладил к культе деревянный конус, ко
торый сам в саду и выстрогал. «С костылями, говорит, в фут
бол играть неудобно».
Ребятишки его с той поры Яшкой — деревяшкой зовут,
а у него и на уме того нет, чтобы обидеться.
Сам по себе, он человек добрый, готов каждому помочь,
мимо чужой беды не пройдёт. Все его хвалят за доброту,
а жена ругает, истерики закатывает.
До развода уже доходило. Не нравится ей, что муж, как
она выражается, суётся туда, куда его не просят
: «Все люди, как люди, — говорит она, — один ты, ненор
мальный, куда-нибудь да вляпаешься!» Большая Яшкина го
лова выглядывает из поднятого ворота кожаной куртки
и кажется, будто на его богатырском теле отсутствует шея.
Прохладный весенний ветер ерошит его рыжие волосы.
С обеих сторон, у оттопыренных ушей, их много, а посреди
не над морщинистым лбом лысина. Не растут после того, как
их у него выдрали. Под круглым, как картошина, носом обо
значились усики, решил, наверное, отращивать.
Обычно Яшка со своей деревянной ногой на скамье долго
не сидит, немного отдохнув, продолжает свой путь, а сегод
ня, прищурив серые глаза, уставился в одну точку, задумал
ся: «Может быть жена права? Не нужно было разнимать того
мужика с бабой? Пускай бы себе дрались.
Так ведь она же орала: «убивают! Спасите!» Знал бы я, что
это муж с женой — не стал бы им мешать.
Не лишился бы волос на голове и не получил бы фингал под
глаз. Я ж не думал, что они потом вдвоём на меня набросятся.
А случай с рукой — тут уж стопудово жена права, не нуж
но было тащить ту грузную больную тётку до машины ско
рой помощи. Все отказались, а я согласился.
. Потащил, споткнулся-сломал себе руку! Пришлось вы
зывать ещё одну скорую для меня в то время, когда в саду
приспела пора грядки копать.
Может быть, и вправду послушать свою жёнушку и жить,
как все, для себя только,»   заключил Яшка и вдруг, вздрогнув
от внезапного сильного хлопка, невольно повернулся в сто
рону частных домов, расположенных рядом с хрущёвкой.
Из — под крыши одного из них повалил дым, а затем вы
рвались наружу языки пламени.
— «Ни фига себе! Да это же у Петра!»- прошептал Яш
ка, — точно, баллон газовый рванул! — и, закричав уже во
весь голос: — Там же-дети! — захромал к калитке загоревше
гося дома.
Сердце заколотилось сильнее и мысль о том, что надо
спасать детей, уже вытеснила из Яшкиной головы всё, о чём
он размышлял всего минуту тому назад.