Помнишь, родная, как в Минск ты «притопала»,
В юные годы нелёгкой судьбы,
Из обижающего Мелитополя,
Как из курной почерневшей избы?
Минску явила ты робко «приданое»,
Тайно написанное на роду, —
Древне-помятое, но не обманное, —
Из алюминия сковороду.
Счастье, несчастье… Ведь всё это мнимое,
Слепорождённость пустой суеты, —
Неистребимое, неодолимое,
Словно жар-птица наивной мечты.
Тратить не жалко ли десятилетия
На иссушённый пустынный мираж,
Чтоб, расточая ему междометия,
Глупо прозреть — несусветная блажь?!
Правда при жизни, как тень безответная,
Ищешь её, будто прошлый четверг, —
То ли нелюбящая, то ль бездетная,
То ль сатана её с трона низверг.
Счастье, несчастье, родная, не истина,
Золота блеск — мишура, ерунда;
Кажется мне: нашу правду очистила
Из алюминия сковорода…
Помнишь, родная...
© Copyright: Евгений Боровой, 2026
Свидетельство о публикации №126042401962
Свидетельство о публикации №126042401962
Рецензии