Пётр Великий
Венцом его царствования и памятником Великому реформатору стал возведенный его указом город Санкт-Петербург.
***
Среди болотистой пустыни, являя миру Русский дух, встал величавою твердыней красавец гордый Петербург!
Как королевские фигуры на поле шахматной доски, сходясь в соборные структуры поднялись здания-дворцы.
Взглянула на него Европа, под веки
заведя глаза, и нехотя, в смущенном трансе, пред ним в глубоком реверансе, с почтеньем юбки развела.
Царь Петр с отцовским обожаньем гордился детищем своим, и прошлого воспоминания чредой вставали перед ним: когда в углах кабацких тихо, страшась кнута и топора, молва кляла бесовским лихом его и все его дела.
С мучительным непониманием, с проклятьем, с горькою слезой, Русь хоронила с причитаньем тьму
непробудности мирской. Но
ошарашенная вольным, тугим
порывом сквозняка, несущим терпкий привкус соли с распахнутого
в мир окна, воздала Господу молитву и с жаром взялась за дела.
Подобно духам восставая из небытья, из недр земли, поднялись
русичи, стрясая тлен обывательской хандры, чтоб не ропща, не уставая овладевать теченьем рек, заморский
опыт принимая, выращивать с избытком хлеб, варить железо, верфи строить на море флотом управлять, вселять прогресс в свои устои и непрерывно воевать.
Победами закончив войны, Русь-матушка в кротчайший срок, ища пути к судьбе достойной, гигантский сделала скачок.
А царь все звал и звал вперед, ей промедление вменяя; ночами планы замышляя, зовя на помощь Силу Божью, стремился время обогнать, но только видит, что не может Он необьятное объять: дни коротки и мало жизни, чтоб жар унять в своей груди, сыновний жар любви к Отчизне, жар неприкаянной души, которой нет милей утех, чем груз тяжелый, надрываясь, нести по жизни не сгибаясь - на кручу, одному за всех!
Свидетельство о публикации №126042307334