Я хочу уйти тихо пока ты спишь...

           *        *        *

Я хочу уйти тихо – пока ты спишь,
Тихо-тихо, как мышь.
Крадучись, я надену юбку из чёрного бархата
И подведу глаза, потому что ты не любишь этого. –
Ты сам так сказал.
Я надену чёрные тонкие чулки
И поеду на кладбище.
Что ты сделал с моей рифмой,
С моей  п о с л у ш н о й  п е р у  д у ш о й?
Что ты сделал  с о  м н о й?
Над кладбищем летают грифы.
Они вместе со мной будут ждать осени
И осенних дождей,
Когда туманы будут всё серей,
И с каждым утром будет холодней.
И жёлтый лист приклеится к щеке.
Я буду спать на земле, под развесистым клёном.
И тогда, утомлённо, смотря, что стало с моей чёрной юбкой –
Я увижу… Его.
Нет, не тебя, другого. Немного утомлённый
Он подойдёт и скажет - «Встань».
Я встану, шатаясь от голода.
А его – нету – ох, как же там холодно.
Будут лететь облака… Облака!
По серому небу.
Облака! Куда плывёте вы?
Возьмите с собой меня.
Мой Пегас – вы видите, слишком слаб.
Ведь на кладбище – чем я стану его кормить?
Он – теперь мой раб. Его крылья поникли в тот самый день,
Когда я, превозмогая лень,
Встала рано, пока ты спал…
Я надела чёрную юбку и чулки…
Ты ничего не сказал –
Ведь я выскользнула тихо, как мышь,
И до сих пор в ушах моих стоит твоё ровное дыхание – ты спал.
Я ушла, чтобы разбудить тебя, чтобы
Ты летел, не натыкаясь на разноцветье маков,
Чтобы не жалел любовь, которая могла быть.
Ты сам сказал, что будешь жить,
Что не умрёшь. Своим уходом я раскрыла дверь тебе.
Верь же, верь же мне, верь судьбе –
Я хотела тебе счастья.
Ах, как тонко завывает ветер, и хлещет
Холодный дождь. Я знала, что
Ты за мной не пойдёшь,
Что ты будешь лететь вниз, ты не упадёшь.
А я… Не думай обо мне, как о жене.
Жены не уходят так. Ты понимаешь,
Я хочу крикнуть, но мрак окутывает.