Желание жить - выше смерти!

«Девушка Мария после аварии лишилась половины левой руки.
Она не отчаивается и продолжает жить.
Сейчас он беременна и готовится стать матерью.»


Над городом вечер качался устало,
И дождь по асфальту стучал не спеша,
Когда её жизнь, как стекло, задрожала,
Но всё же осталась живою душа.

Мария очнулась в больничном рассвете,
Где лампы горели, как зимний озноб,
И мир оказался суров и несветел,
И молча стоял у кровати сугроб.

Судьба унесла у неё часть былого,
Оставив рубец, тишину и бинты,
Но в сердце не тронула главного слова,
Того, что сильнее немой темноты.

Она не просила у неба пощады,
Не прятала взгляда в подушечный край,
А просто жила, через боль и преграды,
Училась опять возвращаться в свой май.

Училась застёгивать пуговки ловко,
Держать на ладони и чашку, и свет,
И жизнь принимала упрямо, неловко,
Как будто давала себе же обет.

Бывало, ночами навалится камень,
И станет так тесно в груди и в окне,
Но даже тогда не гасила надежду,
Ту искру, что тлела у сердца на дне.

А люди смотрели — кто с жалостью праздной,
Кто с робким участьем, кто просто молчал,
Но шла она прямо дорогой опасной,
Как будто внутри её колокол звал.

Под сердцем её— не страх, а дыханье,
Не горечь, не пепел, не память о зле,
А тихое, светлое, маленький ангел,
Новый росток на усталой земле.

Она бережёт это малое чудо,
Как берег хранит золотую волну,
И утро её, выходя ниоткуда,
Уже примеряет иную весну.

Теперь она гладит незримые плечи
Того, кто услышит её изнутри,
И время становится мягче и легче,
И теплятся в доме живые огни.

Не всякая сила похожа на бурю,
Не всякий герой поднимает металл,
Порой это просто — не кланяться горю,
Когда тебя мрак в полдороги застал.

Порой это значит — в обыденном жесте,
В улыбке и в шаге, в спокойном «держусь»
Остаться живой. И на самом краю
Сказать своей боли: «Я всё же вернусь».

И если судьба, как суровая вьюга,
Срывает с деревьев привычный наряд,
Мария идёт. И ребёнок под сердцем
Ей вторит безмолвно: живи, не назад.

И в этой балладе не горечь — основа,
Хотя её тень не уходит совсем,
А тихая правда простого живого:
Желание жить — выше смерти и тьмы.

Пусть шрам не сотрётся, пусть память не стихнет,
Пусть путь её труден, как в гору зимой,
Но женщина эта не сломана — вспыхнет
Над самым обрывом упрямой звездой.

И станет для многих негромким примером,
Что можно не только терпеть и дышать,
А после беды, не утративши веры,
Любить, ожидать и ребёнка встречать.