Прицеливаюсь в зеркало, а ну-ка!

Прицеливаюсь в зеркало, а ну-ка!
Меня от отраженья воротит.
Стрелять в себя - не сложная наука,
А всё таки... попробуй, попади.

Стреляла по себе, и вдруг - попала.
Рубашка мокнет, темное пятно
Как на пол из разбитого бокала
Ползёт и красит в алый полотно.

Ну наконец-то, Боже, неужели!
Я всё ищу, как, раз и навсегда,
Забыть тебя - тебя, в её постели.

Исчезнуть бы, без стона, без следа.

Исчезнуть бы. По крайней мере, чтобы
Остался только тусклый силуэт.
Чтобы ни рук, ни ног моих, ни рёбер,
Не смог с утра коснуться солнца свет.

Чтоб все меня, как ты, не замечали.
Чтоб свет прошёл пустую грудь насквозь.
Я ничего не сделала. Мы знали.
Я не ушла. Мы вечно были врозь.

Но есть одна нелепая надежда,
Что, если слиться с темной пустотой,
Чтоб от меня осталась лишь... одежда,
То я забуду смех и голос твой.

Стреляла по себе, и вдруг, попала.
Разъесть пыталась кожу кислотой.
Выбрасывалась в окна, и упала.
Ну где же мой обещанный покой?

Я всё, что можно, сделала, казалось,
Чтоб стать, как дымка утром над рекой,
Утратив всё. Вот только... боль осталась,
Еще остались смех и голос твой.

___
Меня уж нет. Но в тишине апреля
Кто всё еще звонка зачем-то ждёт?
Кто ждёт зачем-то всё конца недели?
Кто горько плачет ночи напролёт?