Февраль

Рвётся в драку без повода, просто скучал,
Дружит с теми, у кого внутри тоже снег.
Скажут «отойди» — он ближе, «зачем?» — промолчал,
А потом его нет. И не будет вовек.

Его считали гением, потом — безумцем,
А он всего лишь видел то, что спрятано от всех.
И плакал в одиночку, чтобы не смеяться с улиц,
И нёс свой дар, как неподъёмный грех.

Ему силой небесной дан дар невозможный —
Талант, что сжигает, как пламя свечу.
Он создаёт, но внутри — осторожно:
Чем ярче горит, тем быстрей полечу.

Он сам себе и враг, и судья,
Бросает вызов даже тишине.
Ему спокойно жить — как смерть, братия,
Он рушит то, что строил при луне.

Боится тишины, как пустоты,
Ему бы шум, разрыв, чужую боль на сцене.
Сегодня ранит — завтра «где же ты?»,
И искренне не помнит об измене.

Смешал хиппи с панком, девяностые с нулём,
В его шкафу — эпохи, как в альбоме.
Небрежен, дерзок — и не нужно ни о чём,
Весь мир — его черновик, а он уже пылает огнём.

Он вечно в движенье — бежит, догоняет,
Хохочет, как будто не видел беды.
Но ночью так тихо в подушку рыдает,
Что страшно спросить у него: «Ты откуда, откуда ты?»

Он ещё февраль, но в пальцах уже май,
В груди метель, но губы ищут лето.
Такой холодный — и вдруг такой родной,
Что хочется остаться даже без ответа.