Бумажные туфли

 В одном большом красивом городе жила-была девочка Наталка.
 Её сразу так стали называть, потому что мама не хотела, чтобы её дразнили Наташка-растеряшка и другими неподходящими словами. Мама просто не догадалась, что и с этим именем тоже можно придумать, как дразнить.
 А соседский мальчишка во дворе сразу придумал:
- Как тебя зовут?
- Наталья, - ответила девочка, скромно опустив глаза.
- Наташка-растеряшка! - выпалил мальчик.
- Нет, если по-другому, то я Наталка - так меня мама зовёт.
 Мальчишка закатил к небу глаза, поморщил лоб...
- М-м-м... Наталка... Палка! - и широко улыбнулся во все зубы.
- А вот сейчас как возьму палку, как дам по башке! - на земле как раз лежала здоровенная палка. Наталка нагнулась, схватила палку, и так грозно взглянула на мальчишку, что тот живо сорвался с места и дал дёру за гаражи.

  С тех пор он её больше никак не обзывал. Но Наталка, несмотря на имя, всё-таки была растеряшка.
 И теряла она не только свои игрушки, любимую сумочку, такую модную, что все подружки от зависти умирали, но даже мамины вещи, которые брала поиграть, или примерить. 
 Однажды вышла на улицу в маминых тёмных очках, ходила-ходила, красовалась перед всеми, а потом села с подружками на лавочку, да там их на лавочке и оставила...

  А как-то, всей семьёй, они поехали в деревню, к папиным знакомым. Пока взрослые общались за столом, Наталке стало скучно. Она покрутилась во дворе, ничего интересно не нашла, вышла за калитку и пошла по улице. А надо сказать, что туфельки на ней были новые, красивые, блестящие, с пряжкой, разными бусинками и цветочками - ну, загляденье же! Как на зло, на улице никто не попадался, чтобы воскликнуть: "Ах, какие туфельки!"
 Девочка быстро дошла до края улицы, где уж и деревня закончилась. Справа земля, заросшая густой травой и полевыми цветами, уходила круто вниз, а там, внизу, шумела речка. За речкой начинался лес.
 Наталке ужасно захотелось пробежаться по этой траве, так, чтобы голыми ногами по траве, чтоб трава хлестала по ногам, а она бы бежала и не жалела ни ног, ни цветов. И она побежала, как хотела, прямо вниз, к реке.
А когда очутилась на берегу, оглянулась - а из-за крутого косогора не видно ни деревни, ни единого дома. Стало даже страшно немного. А потом, наоборот, так весело, что аж дух захватило!
 Наталка сняла свои новенькие, но теперь испачканные цветочной пыльцой и травой туфельки, и оставив их у прибрежной ивы, пошла искать удобный вход в воду.
 Скоро нашла. Вода была холоднющая, но девочка терпела и заходила всё глубже, подняв повыше платье, чтобы его не замочить.
 Потом вышла на берег, отдышалась, и оглянулась вокруг. Чтобы ещё такое сделать?
 Вниз по течению, через речку, которая была совсем не широкая, перекинулось упавшее дерево. Наталка ринулась к нему, даже не задумываясь. Дерево было толстое, кора на нём крепкая, и она легко перешла на ту сторону.
  В траве сверкнула на солнце красная, спелая земляника. Наталка сорвала её, положила в рот и зажмурилась от удовольствия. И тут же стала искать и находить ещё ягоды, уходя всё глубже в лес.
 Счастья было столько, что она обо всём забыла. А когда наступила босой ногой на колючку, то вспомнила про туфельки.
"Ой! А где же они? Ой-ой-ой, надо идти искать!" - и пошла в обратную сторону.
  А только речка никак не находилась. Вроде бы рядом была... Стала она метаться в разные стороны, да совсем запуталась. Села на поваленное дерево, положила голову на колени, пригорюнилась. Но недолго. Потому что Наталка была неунывалка! И быстро находила себе занятие, и всегда верила, что всё будет хорошо.
 Вот и сейчас она просто подняла голову, огляделась вокруг: какая же всё-таки красота! Прислушалась, словно ожидая чего-то необыкновенного. Птицы щебечут. Жук пролетел. Жизнь вокруг своя, тихая, спокойная, глубокая. Представила себе свои туфельки, как они где-то, на том берегу, стоят под деревом, встала: "Ну, надо идти!" - ещё раз прислушалась.
 И вдруг явно услышала, как кто-то поёт. Не громко, но так красиво, а что - не разобрать.
И пошла она на голос.
 
 На поляне, прямо на траве, была расстелена скатерть, рядом, на коврике, сидела женщина, пела и что-то мастерила. На скатерти лежала корзина, какая-то деревянная посуда, туески из берёзовой коры, а рядом куча веток, какие-то верёвочки, клубочки цветных ниток, пачки газет и ещё какой-то бумаги.

 Наталка подошла близко-близко и смотрела во все глаза, разинув рот от удивления - она такого никогда не видела. Не заметить её было невозможно, но женщина пела, что-то мастерила и не подавала виду, что заметила девочку.
 - Здравствуйте! - наконец, опомнилась та, как раз когда женщина закончила петь, - а что это Вы делаете?
 -  Здравствуй... Наталка-растеряшка! - женщина слегка улыбнулась.
 -  Да как??! Откуда Вы знаете...
 - Хм, так уж весь лес знает, что ты пришла, леса не знаешь, не местная, туфельки потеряла, дорогу назад найти не можешь. Жук над тобой пролетел, слышала? Вот он мне всё и рассказал. А потом ещё и птицы напели.
 - Вы кто? Лесная фея?
 - Ага, вроде того.
 - Вообще-то я пошутила. Я же уже не маленькая, знаю, что никаких фей не бывает. Вы, наверное, из какой-нибудь соседней деревни, с этой стороны. Плетёте тут свои изделия, а потом на рынке их продавать будете! Да?
 - А откуда я про тебя знаю, тебя уже не смущает?
 - А... Точно! Я уже и забыла! Не, ну, не жук же Вам рассказал - это же Вы так пошутили? Ну, расскажите, как Вы узнали? Кто-то следил за мной?
 - Конечно. Следил. Тут без этого никак. Весь лес за тобой следил.
 - Я ничего не понимаю. А как Вас зовут?
 - Марья Ивановна.
 - А где Вы живёте? Как ваша деревня называется?
 - А вот тут я и живу. Это мой дом, - и Марья Ивановна обвела рукой вокруг себя.
 Наталка проследила за её рукой, но никакого дома не обнаружила.
 - Вы меня разыгрываете, я понимаю. Ну, ладно, не хотите говорить, не надо. А что Вы делаете сейчас? Что-то я не пойму, - женщина что-то конструировала из вороха газет и другой бумаги.
 - Это туфли, - и Марья Ивановна убрала руки, чтобы было видно её изделие.

 Девочка подошла поближе. Это было нечто, действительно напоминавшее туфли, но бумага торчала и свисала из разных мест, они явно были не доделаны. Туфли были огромные, такие, каких девочки не носят, даже у взрослых женщин нога обычно меньше.
- Хм. А почему из бумаги? И почему такие огромные? Или это просто так, на полку поставить?
- Нет, это настоящие туфли.
- Что-о? - у Наталки округлились глаза, - ха-ха! Ну, уж нет, это никак не возможно!
Во-первых, туфли из бумаги не носят - они же сразу сломаются! А во-вторых, они же вон какие большие  - и Наталка схватила одну недоделанную туфлю и поставила её рядом со своей ступнёй, - видите?
Потом она снова её подняла и начала, пританцовывая, кружиться и напевать: "О, туфля, ты наверное, вовсе не туфля, ля-ля-ля! Ты, наверное, лесная шляпа, па-па-ра-па! А, может быть, а может быть, ты даже платье! - Наталка продолжала кружиться и прикладывать недоделанную туфлю то к голове, то к груди, а женщина смотрела на неё и улыбалась.

 - Значит, ты не веришь, что я фея? По-твоему, я обманщица?
 - Ну-у-у, нет, скорее, Вы шутница!
 - Вот как? Ну, что ж, тогда я, пожалуй, буду шутить. Но по-своему, - Мария Ивановна немного задумалась, и продолжила, - ты хорошая девочка, весёлая, но очень невнимательная и слишком много о себе воображаешь, и думаешь, что ты всё знаешь об этом мире, что бывает, а чего не бывает.
  Хозяйка поляны повернулась к бумажным туфлям и быстрыми, едва заметными, движениями закончила работу. Перед Наталкой стояли совершенные по форме, оригинальные по расцветке, но бумажные, туфли большого размера из газет и цветных лоскутов бумаги.
- А знаешь, я ведь эти туфли сделала для тебя! Вот в них ты и пойдёшь домой!
- А Вы и правда... мастерица (она хотела сказать шутница, но, в последнее мгновение, передумала)! Как это они у Вас так получились... быстро? Но, к сожалению, я не смогу в них пойти - не мой размерчик, - Наталка тоже решила, что она будет шутить.
- Это не беда, размер мы сейчас поправим.
- Ну, это вряд ли! Я думаю, Вам легче новые сделать, чем эти подгонять!
- А кто говорит про туфли? - в это самое время, пока Мария Ивановна говорила, она протянула руку к высокому цветку, наклонила его над другой ладонью, и как-будто что-то стряхнула на неё, а затем лёгким движением бросила это что-то невидимое в девочку.

 Наталка почувствовала, как с ней что-то происходит. Сначала затуманилось в голове, потом её тело стало лёгким и она приподнялась над землёй. А туфли сами подъехали ей под ноги. Она висела в воздухе над туфлями и не опускалась, но с ней стало происходить что-то странное. Её ноги начали расти! Они тянулись вниз к туфлям и увеличиваться в размере, и сама она стала расти во все стороны.
- Ой, мамочки! Что это? Что Вы делаете?! Не надо, не надо!!! Отпустите меня!
- Ещё немного, подожди, совсем чуть-чуть осталось! Ну, вот, теперь всё, - Мария Ивановна смотрела и улыбалась своей тёплой и доброй улыбкой, а Наталка стояла на земле и её выросшие ноги были обуты в эти здоровенные туфли и, что самое ужасное, они были ей точно по размеру - вот так шутят феи.
- Боже мой, что это такое? Мои ноги! Они огромные! А я сама? Я что теперь, взрослая тётя?
- Нет, теперь ты просто большая девочка. Мы подправили размерчик, - и фея улыбнулась широко и подмигнула. А теперь слушай внимательно. Туфли снять не получится. Они и правда бумажные, хоть и волшебные. И идти надо очень легко, почти на носочках,  всё время помня про то, что они из бумаги и могут сломаться от любого резкого или неосторожного движения. Нужно порхать, как бабочка и ни на что не отвлекаться. Сломаешь туфли - окажешься опять на этой поляне. Видишь большой камень? Подойдёшь к нему, скажешь: "Простите меня!" - тогда туфли снимутся и сами исправятся. И тогда снова пойдёшь.
- Как же я так смогу? Я же вон какая стала тяжёлая! И как я дорогу найду?
- Туфли тебя сами поведут домой, ты не должна сомневаться и менять направление. Если поменяешь, потому что решишь, что лучше знаешь, куда идти, снова окажешься на этой поляне, и пойдёшь заново. У тебя всего три попытки. Окажешься на этой поляне в третий раз, останешься здесь на три года.
- А как я перед родителями такая покажусь? - у Наталки по щекам текли слёзы, - они же меня не узнают, и прогонят!
- Ты опять думаешь, что знаешь, как устроен этот мир, - фея слегка нахмурились, - делай, как я говорю и верь, что всё будет хорошо.
- А как..., - Наталка не успела задать вопрос, как фея, взмахнув платочком, исчезла вместе со скатертью и всем, что там было.

 "Так. Ой-ой. Что  теперь делать? Вспоминай... Туфли сами поведут. Порхать, как бабочка. Верить, что всё будет хорошо... Ну, это я и так умею! Ага. Всё, кажется. Ну, давайте, туфли, показывайте дорогу!
 И тут же она почувствовала, что её всем телом потянуло влево, и ноги как-будто сами пошли и вышли на едва заметную в траве тропинку. Вдруг Наталка вспомнила, что на поляну она пришла совсем с другой стороны: "Эй-эй-эй, вы куда? Нам вообще в другую сторону! Речка, дерево - это там!" - почти вскрикнула она с возмущением. В этот момент под ногой что-то хрустнуло и правая нога подкосилась, это сломался каблук, а на левой лопнул ремешок. В голове что-то завертелось и Наталка оказалась в центре поляны.
 - Блин! Двадцать метров не прошла! - Впереди виднелся тот самый камень. Хромая, она подошла к камню и прошептала: - Простите меня!
Тут же ремешки на туфлях развязались, ноги освободились, и она почувствовала, что сама должна их снять. Наталка села на траву, сняла туфли, и те в миг стали, как новенькие. И тут пришла мысль: "А что если их не надевать? Босиком пойду! Я же знаю куда идти! А куда? И тут она задумалась. Там, откуда она пришла, она не смогла найти дорогу и заблудилась, а здесь её повели по неизвестной тропинке. И куда там дальше надо будет сворачивать? Сколько раз тропинка будет разветвляться? Нет, надо слушать туфли", - и Наталка только собралась взять туфли и надеть, как они сами оделись ей на ноги, поскольку она всё ещё сидела на траве, и все ремешки застегнулись, да так крепко, что и не видно стало, как их расстёгивать. Она встала, мысленно вспомнила, что надо идти легко, как-будто она невесомая, и слушаться туфель и, теперь понятно, не возражать, не возмущаться, и верить, что всё хорошо.
- Пошли что-ли! - обратилась она к своим поводырям. И туфли потянули её на ту же едва заметную тропинку.

(Продолжение, вполне вероятно. Напишите, интересно ли вам. И хочется ли узнать,что было дальше?)


  Продолжение http://stihi.ru/2026/04/24/7948