три ада милости

                Приходит Бог, преласков и превесел,
                немножко старомоден, как профессор,
                и милостью ваш осеняет лоб*


            молитва

давно заблудшей в лабиринтах розы,
в потере счёта, памяти имён,
дай разлепить мне век моих коросты,
зрачки за катарактами времён –
пошли мне сон,  сон просто –
что  влюблен.
как дичка.  как шиповник у погоста.
... и я усну под про'стынями осени
продолжить сон

 

            межевое

…а что добра и неразборчива –
как всякая живая жизнь.
и, сваленный между заборчиков,
бред разрастался и  повис...

и вот большой и толстый орган –
не знаю, может быть, живот –
жуёт его, пока не порван.
ещё жуёт



          жёлтое поле

отпусти меня в жёлтое поле,
где стоит на просторе собор
невеликого детского горя,
уходящего в синий угор

кочевыми, слоистыми, перистыми,
разбежавшимися без помех
уносить на пропеллерах ереси
детский плач или,  может быть, смех…

в одуванчиках воздухоплавания
станет мне, наконец, по плечу
оторваться от загнанной  гавани
вслед протянутому лучу –

лишь какой-то прищуренный лишний
казнь египетскую, саранчу
в листья, стебли, на плечи мне вышлет –
и взлечу


*Белла Ахмадулина "Сказка о дожде"