Честность

Кругом лежит обман, и тень его кругла, 
Как быстрая реклама — громкий голос, свет и сталь. 
Брак расписан на бумаге, как дела в былых делах, 
И сердце прячется в купюре, словно в старом шкафу. 

Друзья шагают в профиле, улыбки — пиксельный сал, 
Они помнят встречи только тогда, когда в ленте след. 
Слова летят, как монеты: их много — мало дел, 
И правда тонка, как нить, что прячут в суете тканей. 

Мы говорим: «Я с тобой», — но штампы говорят громче, 
И клятвы стали лайками, что тают, как воск у свеч. 
Брак связал двоих узами, но чаще — бумаг жестоких, 
И в доме слышен шум бумаг, где сердца дышат в тени. 

Друзья бывают рядом, если светит камере свет, 
Они приходят на успех и уходят при беде. 
Смеются вместе в кадре — сцена гладка, как бисер, 
А за кадром — молчание, и в нём бесконечный лед. 

Слова теперь мобильны: универсальны и пусты, 
Они летят сквозь провода и ложатся плотной мглой. 
Обещанья — трафик слов, что бьётся в ритме слуха сгусты, 
И вера тает в ладонях, как лед под поздним дождём. 

Дела — единый счёт: кому считать, а кто забыл? 
Мы меряем любовь по кнопке, жмём «поделиться» в ночь. 
Акт добрый — редкость в мире, где сначала слухи шьют, 
И каждый шаг проверен как металл на прочность в прах. 

Но в тиши найдётся глаз, что видит в сердце свет, 
Он знает цену делам, и речь его не пуста. 
Он прочитает тетрадь, где строки держат правду лет, 
И не продаст доверие ни за злато, ни за крест. 

Есть женщины и мужья, кто после бурь вернёт слова, 
Они вернут и честь, как платье, что был вымазан в снег. 
Есть те, кто руку подаст, когда вокруг — лишь сера мгла, 
И тот жест — правда в мире, где к лицу теперь успех. 

Мы строим города, где фасады — стекло и лёд, 
За ними — пустые спальни, перешёптыванья слов. 
Брак под маской выгоды часто скрывает свой доход, 
Друзья — портретные тени, что тонут в световых волнах. 

Но верь не в шум вен, не в сиянье, что продано в витрине, 
Веруй в шаг, что повторит зло, когда уйти легко. 
Веруй в тот мельчайший вздох, что плотней любых признаний, 
В нём сила — без рекламы, в нём смысл, не подвластный снам. 

И если слово лжёт, то дело скажет внятно, строго, 
Оно не прячет глаз, не держит масок у лица. 
Дело — как весы, где снят обман с веского довода, 
Оно — последняя печать, что ставит точку в словах. 

В застенках наших кухонь, в рукопашной тишине, 
Где чай остыл у двух чашек и пепел в блюдце спит, 
Там часто рождается надежда тихой, без вины, 
И жизнь идёт небольшим шагом, будто — прямо ввысь. 

Кругом обман — и в лентах, и в делах, и в сердцах людских, 
Но есть они — те лица, что не лгут себе и нам. 
Они дадут ответ не словом, а поступком прежним, 
И в этом маленьком огне согреется усталый храм. 

Пусть мир шепчет: «Выживай», — и торгуй своей душой, 
Пусть милые улыбки мерцают, как мосты из сет. 
Но знай: за каждой актиной есть точка тёплой стой, 
Что палит фальшь и тьму, и в ней живёт простой совет. 

Не спеши бросить свет туда, где только блеск витрин, 
И не верь глазам, к которым привязан только блеск. 
Проверь, вернёшь ли книгу — это шаг к правде кинетик, 
И будь готов стоять, когда вокруг найдут свой лес. 

Любовь — не товар, не товарный знак, не штамп и не чек, 
Она — как старый дом, что держится на старой крут. 
Брак — не только подпись; это долгие руки век, 
И лишь там, где руки держат, верность дышит и цветёт. 

Друзья бывают разные: одни — как ветер шум, 
Другие — как бетон, что держит потолок над дом. 
Не бросят в час расплаты и не уйдут в ближний шум; 
С ними и молчание — как музыка ветвей в саду. 

Слова нужны нам для любви; но слова — не вес и не меч. 
Те, кто скуп на поступок — пустые в длинных строках. 
И я пойму, когда другой встанет рядом в ночь и ночь: 
Он не скажет много — только руку тёплую даст мне. 

И всё же: где-то свет горит — совсем небольшой фонарь; 
Он не кричит и не продаёт уют на ярком рынке. 
В него стекаются дела как в тихий верный ларец; 
И там смешались правдивость и память с любовью.
Пускай вокруг обман; пусть вновь закончатся маски; 
Пусть брак и честь проходят через подписи и суд. 
Но держи в ладони жест: там нет ни выгоды ни слов; 
И знай: одной такой улыбкой разворочен вдруг лют.