Заброшенные дома деревни

От холода дрожь. Предзима за окном.
Дождинки впитались колышемым флагом.
Ноябрьский лес в неубранстве сыром.
Безлистные ветки, покрытые влагой.

Отверстия крыш пропускают дожди.
Тут новых соседей давно не рожали.
У нового века иные вожди,
не те, что под знаменем красным вещали.

Сегодня вновь сделав на память упор,
мне помнятся дива колхозных пейзажей,
телеги взъезжали с моста на бугор,
теперь же гниют и разобраны даже.

Я помню детишек у сотни семей
и кладбище, что двадцать зим пустовало,
богатства деревни и светлость вестей,
и всеурожайность, что лишь прирастала.

Уже нет величия, старых родов,
живых продолжателей древних фамилий,
и тока к домам от старинных столбов,
чьи брёвна похожи на свод сухожилий.

Тогда люди жили без лени и бед,
злоречия, злобы, сумы и навета.
Свет тех пролетевших особенных лет
всегда согревает, как солнышко летом.

Житьё черепашье бесспешно идёт.
Текущие дни направляют к могиле,
как будто ручей, что кораблик несёт,
что не прилагает какой-либо силы.