Ты просто верил...
Свинцовый полог прижимал к земле,
И каждый вдох казался горьким ядом.
Я рисовал пунктир в кромешной мгле,
Пока зима дышала где;то рядом.
Там, где застыли тени ледяные,
Где равнодушие — острее, чем булат,
Я помнил чьи;то руки неродные
И грел их так, как греют медный клад.
[Куплет 2]
Сбивая пальцы о глухую твердь,
Я шёл туда, где гаснут маяки.
Смеялась в спину каменная смерть,
Сжимая нервы в крепкие тиски.
Когда суставы ныли от бессилья,
И прах надежд ложился на плечо,
Я из обломков мастерил не крылья,
А сердце, чтоб горело горячо.
[Припев]
Золото хлынет в пустые глазницы высоток,
Выжжет клеймо одиночества, страха и лжи.
Мир не прощает падений, мир резок и короток,
Но ты сквозь него эту нежность в горсти пронеси.
Небо взорвётся, ломая затворы и стены,
Тем, кто не предал себя в бесконечной ночи.
Солнце течёт по измученным, преданным венам —
Просто иди. И о самом заветном молчи.
[Куплет 3]
На пепелище выжженных дорог,
Где под ногами — стёкла и зола,
Я отыскал живой воды глоток
Там, где полынь когда;то лишь цвела.
Пускай предательство впивалось под лопатку,
И фальшь звенела, словно битый грош,
Я в этой жизни, горькой и несладкой,
На чистый лист выменивал их ложь.
[Бридж]
Пусть логика кричит, что шансов нет,
Что тишина — финал любой дороги.
Но тот, кто до последнего ждал свет,
Увидит, как смыкаются пороги.
Откинув пелену тяжёлых туч,
В безумной вере, вопреки рассудку,
Ты поймаешь первый, тонкий луч,
Сменив на вечность каждую минуту.
[Припев]
Золото хлынет в пустые глазницы высоток,
Выжжет клеймо одиночества, страха и лжи.
Мир не прощает падений, мир резок и короток,
Но ты сквозь него эту нежность в горсти пронеси.
Небо взорвётся, ломая затворы и стены,
Тем, кто не предал себя в бесконечной ночи.
Солнце течёт по измученным, преданным венам —
Просто иди. И о самом заветном молчи.
[Аутро]
И распахнутся двери синевы…
Ты выжил там, где все другие сдались.
Над шрамами пробился шёлк травы,
И тени в этом свете потерялись.
До последнего…
Ты просто верил.
Свидетельство о публикации №126042006923