Последний день декабря

Не влюбись я в тебя тогда –
Нам не быть не разлей вода.

Я бы Спящим Царевичем стал
И не жил, а, казалось бы, спал:
Так же Невская дремлет губа
В ожидании таянья льда.
Точно чайка во время отлива
На пустом берегу – сиротливо
Закричал бы. Замыслил месть
Олимпийцам, которых не счесть
В анналах античного мира,
За не сотворенье кумира
И бежал бы за Березину,
Ждал реванша в степном Крыму.
Но история страсти глумлива
К одиночкам в летах. Терпеливо
Я бы в келье изводы листал,
Но, вернее, нашел кинозал,
Отмотал бы полвека назад:
Из Москвы полетел в Ленинград
Целоваться с Маркизовой лужей –
Что безумием кажется вчуже –
На балтийских имперских волнах
Словно скачет на панских конях
Королевское имя Марина –
Персефона моя, Прозерпина.

Не влюбись ты в меня тогда –
Нам не быть не разлей вода.

Ты прощала бы плутни Плутону,
Его ложь. Хлопотала по дому.
Ты бы маялась без Надежды
И пыталась любить, как прежде.
Ночью бражничала с цветами
И нередко, скажу между нами,
Над нарциссами крылышковала,
У Деметры – ни много ни мало! –
Изучала бы агрикультуру.
Но недюжинную натуру
Не погубят шесть зерен граната.
Неприкаянность будет оплатой
Материнства вселенской души.
Врачевать ты меня поспешишь
В одеянии синего цвета
Знака Девы. Из бездны планета,
Ты отважно сменила орбиты
Наших судеб. Хоть образ избитый,
Ты поставила жирную точку
На жизни моей в одиночку.

Нам вдвоём – горе не беда:
Мы всегда – не разлей вода.

Мы отважно смотрели вперёд.
Было всякое – только не лёд.
Нашу неудержимую прыть
Не унял бытия рык.
Замечали людей вдалеке,
Жадно пьющих несчастье в реке?
Мы её одолели, где вплавь,
Где, закон тяготенья поправ,
Воспаряли. Мелькал под крылом
Город Витебск. Чеширским котом
Он казался из-под облаков:
Улыбается и…был таков.
Оценили огонь мы и медь,
Научились осанну петь
Не имущему зависть и злость,
Он обычно – как в горле кость.
Утром сердце молотит в грудь,
Побуждая продолжить путь.
Я гляжу в голубые глаза,
Собираю любимый рюкзак.
Отправляемся дальше в поход.
День за днём чередою идет.
А итог путешествия прост:
Рука об руку, в полный рост
Мы взойдём на Калинов мост.
Будут помнить о нас? Едва ли.
В этом нет предмета печали.