Я шёл утром по Воронино. Облака были высоки, очень белы и прохладны. Молодой свежий ветер дул с северо-востока. Летели и кричали гуси. Их вереница была похожа на растрепанные серые флажки, болтающиеся на невидимой нити. Иногда они холодно блистали в лазури и солнце. Всё было таким первородным, вечным, что меня кольнуло в сердце. Птицы, их высокий полёт и крики, ветер, небо и облака – всё предстало давно бывшим, отчуждённым от меня. Я как-то потусторонне созерцал бессмертье мира. И меня снова укололо, как будто сейчас, здесь мне открылось совсем недалёкое будущее, когда кто-то будет стоять в полях Воронино, уже без меня, и смотреть, и слушать бессмертное течение небес, облаков и птиц. Совсем уже не странная отстранённость себя от мира – как мир без меня наяву. Чувство без боли. «Как души смотрят с высоты на ими брошенное тело» - сказал поэт…
Николай, меня впечатляет Ваше мастерское владение художественным словом. Вот фраза:"Облака были высоки, очень белы и прохладны". Последнее слово, казалось бы неподходящее по смыслу, сразу подымает планку дальнейшего текста, настраивает на устремление к небесным далям.Одно замечание: по мне так лучше писать "безсмертие мира".
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.