Трели Дьявола сц14 Вивальди и Христос

                С Ц Е Н А  14

Палаццо Дориа-Памфили. Ночь. Богатая обстановка, на стенах полотна Караваджо, в углу большая скульптура Христа. За окном шум бури. В камине догорает огонь. Яркие отсветы пламени дрожат на стенах. ВИВАЛЬДИ в кресле, в халате, стонет, волосы растрепаны, лицо покрывают крупные капли пота, в руках большое распятие и бокал. ДЖОВАННИ ставит ему примочки на рану на груди, и время от времени подливает в  бокалы Вивальди и себе вино. На полу валяются несколько пустых кувшинов. Оба пьяны.

ДЖОВАННИ.
        Он как вскричит: "Исчадие могилы!" -
        Уж и не знаю, как остались живы, -
        Такой удар пронзил бы и быка,
        Не то что дряхлого такого старика.    
ВИВАЛЬДИ.
        Без покаяния б - заколот!..
ДЖОВАННИ.
                Но – за дело.
        Да, шпагой негодяй орудует умело.
ВИВАЛЬДИ.         
        Горит свеча, как бездна – ночь.
        Кто ты – любовница иль дочь?..
        Но если смерть поправ, жива?
        Мы посвятим любовь созвездьям,
        И в ценный дар, как кружева, -
        Всё примем - кару и возмездье, -
        Всё! - словно лёгкое ненастье.
        И утоливши сладострастье,
        Испив из всех греховных чаш,
        Мы в опере умрём от счастья,
        Восславив оперный шабаш!
ДЖОВАННИ.
        Бледны вы, точно сам мертвец.
        Вот Библия, святой отец.
        Повесьте снова крест на шею.
ВИВАЛЬДИ.
        Взглянуть в глаза  Христу смею.
ДЖОВАННИ.
        Повесьте снова крест на шею.
ВИВАЛЬДИ.         
        Поцеловать, прижать к груди…
        Взгляни: крест за меня вступился:
        Удар как раз посереди…
        Случись, что ангел прогляди -
        То божий суд уже б свершился
        Я ь мёртвым на её глазах свалился.
ДЖОВАННИ.
        Святой отец! Спасти вам душу надо
        Ещё до похоронного обряда.
            
       ВИВАЛЬДИ перед большой бронзовой скульптурой ХРИСТА.

ВИВАЛЬДИ.      
        Глядит разбойником Спаситель на меня.
        В жидовской лавке куплен по дешёвке,
        Но видит все мои уловки.
        Под этим взглядом мрак как от огня
        Бежит. Душа моя! ты пленница в темнице,
        В цепях окована грехами.
        Под этим взглядом белой лебедицей
        Лети, вспорхни, взмахни скорей крылами.
        Нет!.. Божий приговор готов.
        Спаситель - мой судья, и взгляд его суров.
        Под ним и сон бежит и кровь оледенела,
        И совесть принялась за дело...
        Купил у антиквара… Как живой… А мастер?..
ДЖОВАННИ (читает на скульптуре).
                Донателло.
 ДЖОВАННИ наполняет бокал ВИВАЛЬДИ – но кувшин пуст.

ВИВАЛЬДИ.
        Дождь бьёт в стекло, в камине вой.
        Смеётся старый домовой, -
        Вот анекдот, ни дать ни взять,
        Ромео новый объявился.
ДЖОВАННИ (со смехом).
        Теперь вся нечисть будет знать:
        Вивальди, старый поп, влюбился!

   Взяв пустой кувшин, ДЖОВАННИ, уходит, продолжая смеяться.

ВИВАЛЬДИ (перед распятием).
        Да был ли ты так мной любим?      
        И этот грех не искупим.
        С крестом на шее, жил в посте, -
        Жил, равнодушен к красоте.
        Не испытав восторгов страсти,
        Нельзя мечтать о полном счастье.
        Кто жизнь прожил и не влюбился,
        Тот всё равно, что не родился.
        О, мой господь, я весь перед тобой.
        Ты видишь все души моей порывы,
        И язвы все и все её нарывы,
        Рабой не погнушайся, и омой
        Безмерною своею добротой,
        Подаренным тобою вдохновеньем,       
        Отеческой любовью и прощеньем.
       Душа светла твоим лишь очищеньем.       
       
       (ВИВАЛЬДИ снимает с себя медальон.)

        Печали тайная слеза… -
        Так, с виду мёртвая лоза,
        Среди песков, объятых зноем,
        Жива таинственным покоем.

    Входит ДЖОВАННИ, сильно пьян, с Библией и кувшином вина.
    ВИВАЛЬДИ плачет, он вновь стар и несчастен. ДЖОВАННИ любовно отирает ему слёзы.

ДЖОВАННИ.
        Нам душу очищает плач,
        Он не казнит: плач душу лечит,
        Как исповедник или врач.
        слезам тем не перечит.
ВИВАЛЬДИ.
        Но - совесть?! Мой ночной палач...
        Джованни, я в смятении. Что впереди?
        О, дух всезиждущий, приди, приди, приди!..
ДЖОВАННИ.
        Эх, зарекалася свинья
        Не жрать говно – поститься,
        Божилася, да только зря:
        Нет-нет, да угостится. 
ВИВАЛЬДИ.
        Клялся утробой матушки Марии, -
        Но сколько понапрасну не кори я, -
        Наперекор несчастьям, бедам,
        За мной идущим всюду следом,
        И вопреки самой судьбе,
        Все мысли - только о тебе.
        Во имя бога и святого духа,
        Клянусь, не приклоню я слуха -
        Будь проклят я! Молиться и мечтать -
        Любовь нельзя с крестом мне сочетать.   

        "Поп-оперист", - нечестие и срам.
        Как прикоснуться к священным дарам?
        Как в здравости ума не усомниться:
        Уж сам себе я Дьяволом стал сниться.
        Да! клялся в снах копытом, как крестом,
        Своим козлиным мерзким ртом
        Велел Христу перед собой явиться,
        И мне на крыле храма поклониться!

            ДЖОВАННИ И ВИВАЛЬДИ смеются.

ДЖОВАННИ.
        Как "Отче наш" все ваши сны я знаю,
        И как взгрустнется, то их вспоминаю.               

       Я вам служу уж тридцать лет.
       Хоть почудили вы немало,
       Ничто беды не предвещало...
       Святой отец, мой вам совет:
       Оставьте мертвецов в покое.
ВИВАЛЬДИ.
       Я?! Что ты говоришь такое?!
ДЖОВАННИ.
       Ползут по Риму слухи злые,
       Что мертвецы, - те, что живые, -
       Уж как бы ни были все гнилы,
       Но сами лезут из могилы.
       Хоть череп черви уж изъели,
       Заслышав только ваши "Трели", -
       Они им – будто трубный глас, -    
       Будь римский князь  иль свинопас,
       Бочар, каретник, хоть разбойник -
       Бредёт – свят! свят! – живой покойник!
       Креста и церкви не боятся, 
       Такие чудеса творятся!

       Полощут всюду ваше имя:
       Поп Сатане щекочет вымя!
      
ВИВАЬДИ.
       Помилуй бог, причём тут я!?
       Соната вовсе не моя!
ДЖОВАННИ.
       Не ваша, нет?.. Вам лучше знать, -
       Из Рима лучше б нам бежать.

(ДЖОВАННИ вкладывает в руки ВИВАЛЬДИ распятие и засыпает.)

ВИВАЛЬДИ. 
       Седые выси, стон пучины…
       Дождусь ли, грешный поп, кончины?
       Пора б одуматься, - но где там!
       Священным скованный обетом,
       У края гроба, уж старик,               
       Греховней пьяных прощелыг. -
       Дышу, как есть, любовным бредом,
       И направляюсь к новым бедам.
       Мечты, восстав на разум, взмыли
       К любви во всей могучей силе.
       Молитвы, клятвы на крови - 
       И те на стороне любви!

     (Сверкает молния, раскат грома.)

ВИВАЛЬДИ         
        Жизнь - не проклятие, а созидание.
        Мы правим звёздами, а мироздание,   
        Храня любви космический эфир,
        Здесь, на земле, устроило нам пир -
        Как падшим ангелам,- из состраданья.

        Да будет заповедь Вивальди неизменной:
        Что если гаснут звёзды во Вселенной
        И мрак глухой из бездны восстаёт -
        Нам состраданья и любви не достаёт

        Отвален камень, с Ангелом молюсь,
        Душой и телом небу предаюсь,
        К тебе взывая, веря, - в том покоен, -
        Что буду в музыке зреть Бога удостоен.
        Ведь Правда и Любовь, излившись у Гробницы,
        Подобны взору огнекрылой птицы.
 
 ВИВАЛЬДИ в религиозном экстазе, перед  проходят видения - грот, гробница ХРИСТА,  в лунным сиянии, затем он видит каменную пустыню при первых лучах солнца. Вдали появляется ХРИСТОС.
 
        Я исповедовал и причащал,
        Я наставлял, крестил детей, молился,
        Ты с детских лет весь путь мой освещал,
        Однако, сам ни разу не явился.
        Не помню даже, чтобы ты мне снился.

        Так где же ты, мой всеблагой господь?
        Вложил я в музыку твои и кровь и плоть!..      

        На крыше храма, под луной,
        Ты, искушаем Сатаной,
        Стоял, не дрогнув, на краю,
        Взирая на пустыню мира, -
        Тебе уж виделась порфира, -
        Здесь, на кресте, а не в раю.

        Кто это там походкою неспешной
        Ко мне идёт в печали безутешной?
 
ИИСУС (ещё издалека).
        Под взорами жрецов вода кипела, 
        И камень делался прозрачнее стекла,
        И кровь застывшая, расплавившись, текла,
        И тело мертвое, восстав, о жизни пело.
ВИВАЛЬДИ.
       Успеть бы умереть мне прежде,
       Чем дать остыть обманутой надежде...
ИИСУС.
       Заклятья магов из пустынь ливийских,
       И чудеса жрецов Александрийских,
       И бубен карфагенских колдунов,
       Живою кровью наполнявших чаши,
       И выводящих призраков из снов,
       Чтоб опоив, похитить души ваши...
      
       Я всё прошёл, я все познал,
       Но крест мне путь мой указал.

(ВИВАЛЬДИ на коленях, в слезах, целует ноги ИИСУСА, не смея поднять глаз, едва сдерживая счастливые рыдания.)
ИИСУС.
       Смерть на кресте... Мистерия мгновенья.
       Непостижимое для смертных озаренье.

ВИВАЛЬДИ.
       Нельзя святых очес глазами мне коснуться!
       Кто не сходил с небес, не может вспять вернуться!
ИИСУС.
       Смерть на кресте... Мистерия мгновенья.
       Непостижимое для смертных озаренье.      
       Во мраке истина, путь – не достанет глаз.
       Из роды в роды к тайному подножью
       Петляет мысль людей по бездорожью. 
       Взгляни на крест, как если б в первый раз, -
       Пред звёздным ужасом, весь сжавшись, с дрожью,
       Прими спасителя покаянный рассказ,
       И не при приправленный евангельскою ложью.
ВИВАЛЬДИ (обняв колени ХРИСТА).
       Какая честь, мессир... Что я, дурак, мелю,
       Как если б был в бреду иль во хмелю.
       Возможно ли Христу на исповедь к попу явиться?!
       Но все ж о милости молю
       Мгновению ещё продлиться,
       Чтоб счастьем мог я вдоволь насладиться.
       Спаситель здесь!?. Ну что же, что я сплю, -
       Для вас, мессир, камин разжечь велю...
ИИСУС.
       Лишь две черты пересеклись в пространстве… 
       В неброском этом простеньком убранстве
       Ключ вечных, высших тайн, и немощь алчных взоров
       Перед сакральностью магических узоров
       Вдруг обрела в распятом на кресте            
       Пророческую весть в заветной простоте,
       И выше истины вдруг вознеслась с ним вера,
       Бессмертия души отысканная мера,   
       Непостижимая, как звёзд расположение,
       Мерцанья трепет, бездны зов, движение
       Вселенских сфер, - незримый талисман!       
       Творцом небес, он Савоафом дан,
       Чтоб веря, мы надеялись, любили
       И ангелам подобье сохранили...
ВИВАЛЬДИ.
       Ко мне на исповедь, смиреннее раба..
       И слёзы на очах иссохших, гнойных,
       Как у затравленного зверя, беспокойных,
       А поступь не уверенна, слаба!..
ИИСУС.
       Гордец, искал я быть распятым! -
       К кресту душою я приник,
       Горя желанием проклятым –
       Чтоб вечной тайны грозный лик
       Мог пред собой узреть на миг      
       С покровом высоко  поднятым,
       И мог с креста повелевать,
       Вкусив тех смерти наслаждений,
       Где вечность с днём соприкоснётся,
       И мёртвое живым проснётся,
       Как прежде, полно вожделений.
       Я зверем выл, и в кровь глаза скребя,
       В пустыне встретил не Его - Себя!          
       Так, искушая мрак, став без дыханья,
       Желанье жить, как смертный, истребя,
       Лишь вечного желал существованья.
       Сложив молитвенно перста,
       Вкусить извечных тайн креста!
       Забыть свой род, любовь и мать -
       За это можно всё отдать.
       Я смертью жаждал насладиться, 
       Я пил её холодный пот,       
       И, мёртвый, вновь хотел явиться - 
       Живым, покинув смертный грот,
       Чтоб властию креста повелевать
       Из рода в роды до скончанья мира,
       И вечно имя будут воспевать
       Безмерное, как пламя Аль-Таира,
       Взошедшего на крест кумира.
       Не убоявшись адского огня,
       Я мёртвых оживлял при свете дня.

       Где Смерть и Ад, объединясь, 
       Заветных тайн стеречь молчание,
       Безумцы лишь, уединясь,
       Над мраком вечности глумясь,
       Мистерий тайну, - тайну знанья
       Ведут толпе на опознанье.
       Но уготован дерзким гроб, -
       Держись подальше тайных троп,
       Незримых для непосвящённых,
       И именем Гермеса освященных!
            
             (ИИСУС уходит.)

ВИВАЛЬДИ (в растерянности). 
       О, дух твой на стезях пустынных,
       Среди дорог петляя длинных,
       Своим распятьем, как клеймом,
       Мир вечным наделил бельмом!..
      
       Что ж я... в сомнение пришёл?
       Коль крест, всей нашей веры ствол,
       Ничто, и божья твердь пуста,
       То нет ни бога, ни креста,
       Так, стало быть.. выходит, вера -
       Абракадабра и химера?..
      
       Что мир - без бога? - Страшное уродство.
       Какое дикое постигло б нас сиротство:
       Без божьей матери и без святых,
       Без утешения последнего причастия,
       Без осознания небесного участия
       Во всех тех днях, здесь нами прожитых!

       Ничьих безверие да не коснётся уст.
       Мир без Христа так сиротлив, так пуст,
       А без Марии-девы даже страшен!
       Да будет Чудесами мир украшен!
       Стань, как и прежде, истина, проста, 
       В священном образе спасителя Христа
       Представлена, ясна и достоверна.
       Да не проникнет никакая скверна
       Лобзанием змеи в мои уста!

Если ты есть Господь мой, веди меня! Но если ты Дьявол...

(Возносит над головой, чтобы разить скульптуру, появляется ПРИЗРАК ЕЛИЗАВЕТЫ.)

ПРИЗРАК ЕЛИЗАВЕТЫ.
       Меня в молитвах не зови:
       Я призрак той, другой любви.
       Любовь - злой демон, жизнь в меня            
       Вдохнул в ту ночь в холодном склепе,
       Из лона мёртвой в чёрном крепе
       Низвергнул в жизнь, меня ж виня...   
                (Исчезает.)

ВИВАЛЬДИ (порываясь удержать её).
       Ни кровью смыть, ни отмолить!
       Дрожит судьбы горчайшей нить
       Струною под смычком мятежным, -            
       И унесло, как в вихре снежном!.. Уносит будто 
       Кто может смерть остановить!
       Что есть мы в космосе безбрежном!

  ВИВАЛЬДИ на коленях перед статуей ХРИСТА.

ДЖОВАННИ (сквозь сон).
       Актёры – скотская порода.
       Плясать, смешить – откуда прыть, -
       Потом глядишь, – велит вас мода
       На свалке с падалью зарыть!

28.04.2026.
via Forcello, Napoli.