Юлия Друнина

               «Комбат»

"Когда, забыв присягу, повернули
В бою два автоматчика назад,
Догнали их две маленькие пули –
Всегда стрелял без промаха комбат.
Упали парни, ткнувшись в землю грудью,
А он, шатаясь, побежал вперед.
За этих двух его лишь тот осудит,
Кто никогда не шел на пулемет.
Потом в землянке полкового штаба,
Бумаги молча взяв у старшины,
Писал комбат двум бедным русским бабам,
Что… смертью храбрых пали их сыны.
И сотни раз письмо читала людям
В глухой деревне плачущая мать.
За эту ложь комбата кто осудит?
Никто его не смеет осуждать!"
                =  =  =  =  =
Комбатом совершён обряд суровый,
И нет сторонним прав его судить.
Война свои страницы пишет кровью,
Её в теснь строчек не жалея лить...
Нас поэтесса окатила главным,
А мы, всхватив и надвязав сюжет,
Давайте, за картинный тыл заглянем:
Найдём ещё один, неявный след.
Души две, выйдя из оград телесных,
На крыльях серых в выси поднялись
И над земной поверхностью безвесо
Прощальным кругоглядом понеслись,
Следя рельеф расширенного мира,
По мере нужд пытаясь вняться в суть
Своей навек оставленной квартиры,
В сердца людей известных заглянуть.
И вот в низах – неутолимым горем
В руках несчастных матерей простых
Уже омытые слёз горьких морем
Про смерть их милых сыновей листы,
В которых сказано, что парни храбро
Сражались, то есть были влюблены
В лик Родины и при напоре вражьем
Отдали жизнь за жизнь своей страны.
Наверное, могли б и увернуться,
Припрятаться, пригнуться, отбежать,
Не убиенно грудью в землю ткнуться:
Каких спасений не представит мать!
Но вдруг окажется (ну да, бывает!):
Одна посметь не сможет осудить –
Успехи обольщений женских зная –
Отчизну... за навязь её любить
И право парня втюриться как в деву
В родную Русь; вовнутрь её вобрать
От поля, леса, речки, хаты, хлева
С конём, телём до Млечного Шатра,
Пьянеть ей и нести мужскую службу!
Вторая ж баба гласно станет клясть
И Землю, что влюбила детку дюже,
И (не без оснований, ясно ж) Власть.
А, это значит, проклянёт и сына,
Что мог посерёд сброда должить род,
Здоровый эгоизм кругом щетиня,
Вводя потомков в сытость и почёт, –
Но, отлучив добро'ты, стал неважным
Глупцом, поддавшимся опою чар
Отчизны злой и вслед убит зазряшно!
...И поднимающийся к высям пар
Над светлой и над отемнённой кипью
Коснётся душ, замерших в небесах,
И будет каждой всеобъёмно выпит,
И перьев пушь своя проймёт роса,
Цвет общный, серый крылий осветляя
Или на них сгущая мрачный тон...
И вот уж души прочь врознь улетают,
Влекомы к сутям от своих сторон
В итожные приюты. В высях, низях?
То знать не властны слёзы матерей,
Но обе подготовили всей жизнью
И данным часом гнездь своих детей,
Заверенную перстной Волей Божьей.
И очень даже в сумме может быть,
Что мать солдата в ненарочь поможет
Судье уместный пункт определить,
И Сам Он прочертил рукой комбата
Для теста крайнего испытный штрих,
Паствой земною управляя святно...
И дописать дозволил с полки взятый
О правде нетипичной, к счастью, стих.


В тетрадь №3