Вы надменны, милы и бледны

Вы надменны, милы и бледны,
Взор ваш — холод зари ледяной,
На губах — полускрытый след тайны,
А в глазах — океан немой.

Шёлк скользит по плечам, как дыханье тумана,
Веер дрожит — трепетанье крыла.
Вы — виденье, что явь обмануло странно,
Бледная роза, что в полночь цвела.

«О, мадам, — я шепчу, склоняясь низко, —
Что таит ваш безмолвный ответ?
Почему в улыбке — печаль так близко,
А во взгляде — минувших лет свет?»

Вы смеётесь — звук, как хрусталь разбитый,
Лёгкий жест — и веер сомкнулся вдруг.
«Всё проходит, мой друг, — вы так забыты,
Я — лишь призрак, случайный испуг.

Я — отблеск луны на стекле зеркальном,
Шёпот вальса в опустевшем зале,
Аромат духов, миг прощальный,
След на снегу, что метель замела».

Звуки гаснут. Зал тонет в сумраке сером,
Канделябры мерцают, дрожат огоньки.
Вы скользите мимо — в платье чёрном, белом,
Тень и свет, мечты и грехи.

«Останьтесь!» — но эхо смеётся в ответ,
Только перчатка лежит на паркете.
Я поднимаю — бархат, холод, след,
Ваш исчезнувший след на этой планете.

За окном метель расплетает косы,
Город дремлет в серебряной мгле.
Вы ушли — но остались вопросы,
Отраженье в потускневшем стекле.

И теперь, когда полночь бьёт монотонно,
Я ловлю в тишине ваш призрачный шаг.
Вы надменны, милы и бледны — бесспорно,
Но вы — больше не здесь. Лишь призрак в мечтах.