Паладин

Пасмурный день. Свинцовые тучи.
Огромное поле, усыпанное высохшей травой.
Два царства встали друг против друга
В полной готовности.
Две армии готовы к нападению
И ждут сигнала от своего лидера.
Махнул царь рукой — пошли войска вперёд.
Махнул второй.
Копьями вперёд — пошло второе царство.
Но встал между враждующими легионами
Паладин.
«Довольно», — твёрдым словом сказал он.
Его голос заполнил всё поле
И проник даже в доспехи воинов.
Загремел гром.
И сковал воинов ужас.
Один правитель решил воспротивиться воле священного стража
И направил стрелы лучников против него.
Ливни стрел полетели на стража.
Засветилась броня его,
И засверкала молния.
Пали лучники в одночасье от стрел своих.
Паладин продолжал спокойно и неподвижно стоять.
Смиренно легионы двух царств сложили оружие своё.
И государи признали ошибку свою.
Ужаснулись от осознания того,
Что они могли натворить,
Если бы их не остановил
Священный воин в непробиваемой броне.
Подошёл сказитель к нему
И спросил у него:
— Кто ты, воин?
Паладин поднял руку, и ветер утих.
Пошла исповедь из уст его:
— Я такой же человек, как и вы,
Но со священной миссией.
Как и у всех, во мне есть добродетели,
Так же, как и пороки внутри меня.
Но научился я жить в гармонии с ними.
Я крепок не только снаружи,
Но и внутри.
Вера и чистота — твердыня моя.
Я — уста высшей морали богов.
Броня моя — защита, идущая изнутри,
В ней — символы печатей клятв священных.
И не сломить её ни силой, ни магией,
Ведь шипы мои — отражение деяний людских.
Меч мой бьёт не лезвием,
А словом справедливости.
Стихии — верные спутники мои,
Их мощь скреплена молитвой моей.
Я — несущий свет божественный
И исцеляющий — как тело,
Так и дух, что способен прозреть.
Целой армией меня не сломить.
Я мог бы поразить десятки воинов одним ударом,
Но выбираю путь без крови.
Ведь сила моя не в мече,
А в чистоте и внутренней вере.
Я не палач, не судья.
Я — воин света и праведности.
Я тот, кто останавливает войны,
Я ломаю цепи, сковывающие волю,
Что короли играют людскими судьбами.
Мой враг — не человек.
Мой враг — война!