Санькины стихи

ПРОЛОГ

Пятки щекочут за стельки ботинки,
и я направляюсь к подъезду.
Вдруг смотрю — испугался!
Поминки!...
Оказалось, что просто по месту
своей продолжительной жизни
две старушки решились пройтись.
Ещё смотрят так укоризненно!
На прохожих глядят, как на крыс...

Не важно!
Вернёмся к делу:
идут они, пустомелят,
одна старуха язык свой вынула:
— Санька-то твой на работе?
Другая на кочке подпрыгнула:
— Да-да! Сегодня выгнала!
Выгнала значит! Ба!

Но что же за жизнь у Санька?

«САНЬКИНЫ СТИХИ»

СТИХ ?. КОЗЛЁНОК. НЕИЗВЕСТНЫЙ ГОД.

Я смотрю на козлёнка!
Ребёнка-козлёнка!
Бежит по дорожке
за ним собачонка.
У козлика ножки,
у козлика рожки...
Но козлик в своей
белоснежной одёжке
просто бежит по дорожке!
Может козлёнок —
козлёнок-девчонок?
Или зайчонок
козлёнок-ребёнок
боящийся собачонок?

Козлёнок кричит: "Ме-За!".
Козлёнок визжит: "Бе-За!", —
Выходит куста из-за
большая-большая коза...

И вот уже собачонка
бежит от ребёнка-козлёнка!
А потому что куста из-за...
большая мама-коза!

СТИХ ?. ЛИНЕЙКА. НЕИЗВЕСТНЫЙ ГОД.

Миллиметр — наверно, букашка.
Сантиметр — уже таракашка.
Дециметр — обычная вафелька.
На куртке метровая змейка...
Чудно! Всё в сущности правильно.
Удивляюсь... Весь мир — линейка!

СТИХ 1. НА ПАРЕ. 1973 ГОД.

Сижу и скучаю. Бубнит что-то лектор,
смыкаются оба века.
Проснулся — профессор заместо конспекта
вычерчивает... человека!

Похож на неё человек!
Смотрю — практически в платьице.
Не видел такого во век!...
На щёченьках мел разрумянился...
А рученьки милы и малы!
Да белая узкая талия!
Он что же?... Рисует Таню?
Ах нет!... Матан. Интегралы.

СТИХ 2. ТАНЕЧКЕ. 1976 ГОД.

Моя любимая Танечка!
А помнишь, как ты сказала,
сварганишь мне лепный пряничек?
От Праги и до Урала,
не будет вкуснее пряничка,
не будет чудеснее пряничка,
не будет прекраснее пряничка,
чем прелестная ты!

И вот уже в свадебном платьице
стоишь предо мной.
Ух красавица!

СТИХ 3. ПИСЬМО МАТЕРИ. 1977 ГОД.

Ну как ты там, Мать родимая?
Мне тут недавно сказали,
что ты мне больше не Мать.
Украли...
распределили...

Послушай меня. Едва ли
могу сказать, что здесь плохо.
Вот справа, к примеру, река —
длиннющая чёрная Волга.
А рядышком с Волгой Ока...
А между реками — Горький.

СТИХ 4. С НОВЫМ ГОДОМ! 1979 ГОД.

Стоит бутылка столичной водки
и много хрустальных бокалов.
Пузатый гудит: "С лёгким паром!",
друзья поздравляют — рвут глотки.

Я рядом. Я слушаю пьяные крики,
ем, и конечно же, тоже кричу.
Таню поглаживаю по плечу,
а Брежнев не вяжет лыком.

Но время — двенадцать,
но время подарков.
И Лёха своей жене подарил
совершенно обычную скалку.
Я Таньке вручил сорочку из плюша,
не заморочившись толком.
Нечестно случилось! Родная Танюша
мне подарила ребёнка!

СТИХ 5. О РАБОТЕ. 1982 ГОД.

Чхать бы на вас — бумажки!
Они мне так надоели!
Я хочу Танюшкины ляжки
нежно лобзать в постели...
Но вот! Всё сижу на работе!
Черчу карандашиком всякое.
Других работяг не найдёте? —
Я сбегу!
Я в кроваточке мягкой,
прижавшись к Таниному плечу,
покемарить немножко хочу.

СТИХ 6. О ЛЮБВИ. 1986 ГОД.

Я люблю тебя. Люблю безбожно.
Платон говорил: "...", — говорить не сложно.
Любить, вообще, по всякому можно.
Любить велико. Или ничтожно.

И лишь одно в любви невозможно —
совсем не любить невозможно.

СТИХ 7. СТРЯСЛОСЯ. 1991 ГОД.

Был на работе. Звонила Таня.
Схватил свои сапожища.
— Такое стряслося... Такое, Саня!...
Выбежал. Выбежал. Выбежал.

Бегу. Понимаю. Я всё понимаю.
Август — но зябну от холода.
Щёки краснеют. Я слышу удары...
Молота. Молота. Молота.

Иду. Вижу стены чужого райкома.
Красный кирпич — и в дребезги.
Дошёл до подъезда, а дома... а дома...
Лебеди! Лебеди. Лебеди...

СТИХ 8. НАПЬЮСЬ КА Я. 1994 ГОД.

За стопкой — стопка,
пустая похлёбка
залила больной желудок.
Я болен!
И я заболел не на шутку,
и Таня мной недовольна.
Болею. А чем же Санька болеет?
А Санька болеет водкой.
Ещё одна стопка.
Тарелка. Похлёбка.
Стальная лебёдка
тянет на шее.
Голова как футбольное поле для вшей,
где мячик, сшитый из родинки —
Родина.
Бухни со мной,
Родина!

СТИХ 9. РАЗЪЕХАЛИСЬ. 1999 ГОД.

Уехали... Бросили... Дверь — на распашку.
Детки, эх детки…
А что Вам папашка,
который за литром пьёт литер?
Простите меня. Извините.
Остались мы с вашей Мамашкой.
Мамашка торгует на рынке,
и вместе с соседкой Зинкой
потом, иногда, выпивает.

Не знаю, детки, не знаю...

Россия. Моя красавица.
Хоть пьёт — всё равно...
Старается.

СТИХ 10. ЗАЧЕМ? 2008 ГОД.

Где-то в далёком погребе
стоит недобитая, Богом забытая,
как нос у бомжа — холодная,
в промёрзшем картонном коробе
бутылка советской водки...

Это я её там спрятал!

Детки! Детишки!
Я бросил, ребята!
И снова пошёл на завод!
Танюха рада, ведь наконец-то
припёрся счастливый год!
Вернул всем достоинство, честь!
Хорошо!
Всё вернул!

06.10

Но зачем?

СТИХ 11. РЮМОЧКА. 2012 ГОД.

Я сижу, начищаю рюмочку.
А Танюха мычит. Вот же дурочка!
И бутылочку вылить тянется.
— Алкаш!
Не алкаш, а пьяница.
Бытовая, обычная пьяница,
но Танюхе это не нравится —
и Танюха мне тоже не нравится.
Поворчит на меня и уставится
смотреть своего пузатого.

В руках протёртая рюмка.
Мне тошно с моей Танюхой.
— Танюха-Танюха, как сухо!...

СТИХ 12. ОСТАВЬТЕ. 2016 ГОД.

Я воспитан словами: "Пять лет за четыре года!", —
я признаюсь, что эти слова
воспитали во мне урода.

Вы спросите: "Дед,
а ты грешник?". —
Возможно, конечно, немного...
К несчастию — нет.
Я лишь пешка
в руках у Господа Бога.

Верил в страну? И нате...
Развалили...
Скопытилась Козочка-Мать!
Теперь я живу в России.
В России мне умирать.

Верил в любовь?
— На те пряник, свинья!
Противная старая баба
сквозь перхоть бровей
смотрит ввысь — на меня...
Тьфу на Танюху! Жаба.

Возможно, я верил в родителей?
В линейку? В родимый дом?
Измерил их жизни мобильный —
я звонил им по разу в сезон...
А теперь вот они умерли.
Они исчезли.

Всякому верил,
а нету житья.
И трупом из года в год.
Вы спросите, дети, так кто же я?
Упырь я, детишки. Урод!

Отстаньте, в общем.
Отстаньте.
Оставьте меня.
Оставьте.

СТИХ 13. ***. 2026 ГОД.

Я сижу за столом, смотря на харчи.
Внутри что-то шепчет: "Кричи же! Кричи!",
Оно только шепчет. Шепчет же ведь? —
Я буду молчать и смотреть.


Я сижу за столом. Я смотрю на харчи.
Не кричу. Не воплю. Не на волю.
И старуха моя рядом тихо мычит
про свою тяжёлую долю.


Ей тяжко? А я смотрю на харчи.
Внутри что-то шепчет...
Но я не слушаю.
Вы знаете, мне сказали врачи,
что скоро я выпущу душу.
И кричать. И вопить. И на волю.
Со смертью гулять по полю.
Бежать за собачкой с мамочкой,
и мерить линейкой букашечку,
и кушать лепные прянички...


"Чаво ты?", — спросила Танечка.

ЭПИЛОГ

А пятки и дальше щекочут ботинки.
Никак не дойду до подъезда.
Вдруг смотрю. Да. И правда — поминки.
Я встал и замер на месте
его продолжительной жизни,
где больше ему не пройтись,
и смотрит портрет укоризненно
на рядом снующих крыс.
Кудахтает старая Танечка:
— Ох Сашенька... Саша мой... Санечка!..




Историческая сноска:
1979 год — Брежнев выступает с новогодним обращением к детям.
Август 1991 года — аномально холодная погода, путч, Лебединое Озеро на экранах телевизоров по всей стране.
1994 год — первое выступление сборной РФ на ЧМ по футболу.
06.10 2008 года — один из крупнейших обвалов фондового рынка РФ.