Друг Бога

В те дни, когда земля была юна,
Когда тот мир имел младое солнце,
Жил на земле известный Авраам,
Молился как;то ночью очень поздно.

Вокруг лишь мгла, и ветер шепчет в травах,
Луна в тот миг с небес свой дарит луч,
И небо, звёздами усыпано, сияя,
Собой являет тайный вещий ключ.

И голос Бога слышишь в этом мраке.
О, как могуч — в Нём сила и покой.
Ты слышал этот голос как;то раньше.
Теперь Бог вновь заговорил с тобой:

«Я вижу, друг, что ты совсем печален,
Что ты не видишь света впереди,
Я как в конце, Я также и вначале,
Я знаю всё, со Мной поговори».

И прозвучал Глас Свыше так надёжно,
Внутри рыданьем вымолвить желал:
«Тебя никто не слышит, кроме Бога,
И только Бог тебя так понимал».

«О, мой Господь, мне ценны наши встречи,
Как Ты велик, мне так не описать,
Твои слова, Твои святые речи
Прольют Твой свет, чтоб мне не угасать».

«Я так растерян, и внутри разбитый,
И боль потери новый шрам куёт,
Как мне сейчас найти на что;то силы,
Ведь мне сейчас вести отца народ?»

«И как же время наше скоротечно,
Я очень много папе не сказал,
А он ушёл к Тебе, мой Бог, навечно,
И часть души, как тень, с собой забрал».

«Он был опорой мне, и я не знаю,
Что делать, Боже, как сейчас мне быть?
Я сам уже, взгляни, почти как старец,
И нет детей у нас, как дальше жить?»

И после речи Авраам склонился,
Так низко, что песок прилип к губам,
И плакал горько, плакал и молился,
И Бог был благ и внял его словам.

«Мой друг, спасибо за твоё доверье,
Спасибо, что решил мне рассказать.
Но а сейчас взгляни на своды неба,
Теперь Я говорю, а ты внимай».

«Ты видишь звёзды, видишь свет их ясный,
Попробуй сосчитать во мгле ночной,
Такой твой род, их ждёт свой путь прекрасный,
А ты готовься путь продолжить свой».

«Я из тебя произведу Великий
Народ, тебя благословлю во всём,
Твоё в потомках имя возвеличу,
Благословятся в нём все племена кругом».

«Вставай с земли, пойди к жене и слугам,
Бери с собой, что можешь унести,
Я приведу тебя в край плодородный,
Не бойся ничего, вперёд иди».

И Авраам пошёл, а в сердце трепет,
Ведь рядом с ним шагает Сам Господь,
Луна светила, звёзды в небе пели.
Вперёд, в рассвет, где новый путь их ждёт.

Я убеждён, что Бог приходит в сердце,
Когда мы доверяем жизнь Ему.
И Авраам узрел в своё столетие,
Как Слово обретает плоть свою.

Казалось, невозможно то представить,
В преклонном возрасте родить дитя,
Но Бог силён по;Своему расставить,
И Сарра Исаака родила.

Вот это пир был, щедрость Авраама
Краёв не знала в этот день благой,
Свободой, счастьем сердце исполнялось,
Родился долгожданный мальчик твой.

Увидит ли Земля такое счастье?
Узреют небеса такой порыв?
Здесь ночь не спят, идёт чудесный праздник,
И на лице счастливый миг застыл.

Пройдёт веселье, сменятся пелёнки,
Пойдёт ребёнок сам, заговорит.
И каждый шаг встречается с восторгом,
И поперёк давно уж не лежит.

И как обычно ночью размышляешь,
Ещё не знаешь замыслов Творца.
И то, что Бог подчас нам открывает,
Не умещается в пределы мудреца.

Не думал ты, что Бог тебя попросит.
Такой же ночью звёзд наряд мерцал,
И Бог сказал: «Отдать ты сына можешь?»
Холодной дрожью пот тебя пробрал.

И дальше порученья плохо слышал,
Но ты запомнил всё до мелочей:
«Отдать его? Любимого? Сынишку?»
Не мог поверить новости ты сей.

И вот собрались в путь на эту гору,
Мой сын идёт вперёд, такой родной,
И в эту ночь мерцали ярче звёзды,
И вспоминался, Бог, мне голос Твой.

«Ты обещал, что от сего ребёнка
Потомство — точно звёздный дождь ночной.
Ты веришь Мне, ты веришь в Моё Слово?» —
Шептали травы, словно голос Твой.

И Авраам склонил главу седую,
Сказав: «Господь, я верю, я пойду,
И даже до конца не понимаю,
Но сына на алтарь Твой возложу».

А путь далёк, вокруг рассвет туманный,
Идут вперёд, и небо как гранит.
Сын спрашивает: «Где же жертва, папа?»
От слов таких сжимается в груди.

«Усмотрит Бог себе ягнёнка, сын мой,
Увидишь сам, Бог знает наперёд.
Шагая к Богу встречною дорогой,
Бог не замедлит, Он к тебе придёт».

И вот то место, Мориа зовётся.
Готово всё, и Исаак лежит.
«Связать меня, отец, потуже сможешь?» —
С покорностью сын папе говорит.

И дряхлая рука верёвку взяла…
Откуда силы, Авраам, берёшь?
И Бог, и ты прекрасно понимали,
Что в этот миг сейчас произойдёт.

«Я здесь, мой Бог, я сделал всё, что нужно,
И острый нож сейчас в моих руках.
И если смерть придёт за ним, возможно,
Воскреснет он — Ты жизнь мне обещал».

И не успел старик ещё ответить,
В своём замахе острого клинка,
Тысячелетия промчались во мгновенье,
И перед ним стояли три креста.

И гул, и злоба — это место казни,
Друг Бога с болью в сердце увидал,
И хлопали, зубами скрежетали.
Со звоном выпал с его рук кинжал.

И на кресте Сын Бога принимает
Позор, мученье, крики палачей,
Сын Бога свою душу полагает
За весь греховный мир, за всех людей.

И гром раската, капли пали с неба,
И то не гнев был — Бог в рыданьях Сам
За Сына, за родного сердце
Сжималось сильно, слышишь, Авраам?

Завеса сверху в храме раздиралась,
Бог так скорбел, что Сына отдаёт
На смерть, Мария рядом знала,
Как меч пронзает сердце глубоко.

«О, Авраам, тебе открылась тайна,
В Своих Я чувствах очень одинок.
Не ведают, что Сына распиная,
Они приносят боль, как твой клинок».

«Они Его убьют, и Кровь святая
На камни льётся, жизнь даря кругом.
И грех с людей растает в одночасье,
И Древо жизни зацветёт потом».

«Но боль за Сына — ты ведь понимаешь?
И тот вопрос доносится до нас:
Насколько Бога мы теперь познали?
Насколько Бог успел открыться нам?»

И что такое вера Авраама?
Как глубоко готов Творца впустить?
И на вопросы эти отвечая,
Вернёмся к Аврааму в этот миг.

Два человека медленно спускались,
Наполненные мудростью Небес.
Их жизнь и дальше также продолжалась,
Но не забыть той встречи на горе.

Два патриарха, два великих мужа
Престол наследуют в сиянии Небес.
А ты сегодня, ты — друг Бога?
Насколько в твоей жизни Бог Воскрес?